СТАТЬИ

Вопросы, связанные с переводом Библии на малайский язык и его влиянием на межконфессиональные отношения в Малайзии, до сих пор практически не поднимались в российской историографии. В то же время эти вопросы важны как с точки зрения истории распространения христианства в малайском мире, трансформации самого малайского языка, так и развития религиозной и в целом внутриполитической ситуации в Малайзии. Ислам в этой стране – государственная религия, и поэтому миссионерская деятельность среди мусульман (главным образом малайцев), представителей других конфессий, в том числе христиан, запрещена. Но вместе с тем малайский язык является национальным языком и более понятен китайцам, чем, например, английский. Еще с колониальных времен Библия переводилась на малайский язык и традиционно слово «Бог» переводилось как «Аллах». Первые переводы появились, однако, не на территории современной Малайзии, а на территории Нидерландской Индии (Индонезии), где малайский язык выступал в качестве lingua franca, облегчая взаимоотношения между различными национальными общинами и группами. Распространение Библии контролировалось голландской Ост-Индской компании. С приходом же англичан в конце XVIII в. появились новые миссионеры, которых предыдущие переводы не удовлетворяли. Они попытались исправить переводы, сделанные голландцами, и особенно большую роль в этом сыграл миссионер методистской церкви Уильям Шеллабер. С самого начала при переводе Библии на малайский язык возникало множество проблем, проистекавших из-за отсутствия стандартной грамматики, орфографии, соответствующей терминологии, слабого знания языка переводчиками-европейцами. В 1920-е гг. были предприняты усилия создать единую версию перевода Библии как для Нидерландской Индии, так и для Британской Малайи, но Вторая мировая война помешала этим планам. В дальнейшем с провозглашением независимости Индонезии (1945) и Малайи (1957) быстрое развитие национальных вариантов малайского языка в обеих странах сделало старые переводы неприемлемыми, так как языки стали отличаться слишком сильно. Но одно осталось неизменным: перевод слова «Бог» словом «Аллах».В настоящее время мусульманские богословы Малайзии, опасаясь подрыва позиций ислама, с подозрительностью относятся к распространению Библии на малайском языке и фактически добились ее запрета, аргументируя это тем, что перевод слова «Бог» арабским словом «Аллах»  оскорбляет чувства мусульман. Развернувшаяся в стране дискуссия с участием мусульманских богословов из-за рубежа показала несостоятельность подобных воззрений. Однако периодически Библия и другие материалы христианских организаций, в которых используется слово «Аллах», конфискуются и уничтожаются. Такая политика способствует обострению отношений различных конфессий в Малайзии и вносит элементы нестабильности во внутриполитическое положение страны.

Скачать PDF Скачать JATS

История переводов Библии на малайский язык

Переводы Библии на малайский язык имеют длительную историю и прослеживаются, в частности, с начала XVII в., когда христианские миссионеры прибыли на Малайский архипелаг. Первые переводы появились, однако, не на территории современной Малайзии, а на территории Нидерландской Индии (Индонезии), где малайский язык выступал в качестве lingua franca, облегчая взаимоотношения между различными национальными общинами и группами.
Первопроходцем переводов Библии стал протестант-голландец Альберт Корнелиус Руил (Albert Cornelius Ruyl; ?–?), который перевел Евангелие от Матфея на малайский язык в 1612 г., т.е. уже через год после публикации Библии короля Иакова. Этот перевод был напечатан в 1629 г. Яном Якобисом Паленштайном в Энкхуйзене (Нидерланды)¹. Книга содержит также десять заповедей, Песнь Захарии, Песнь ангелов, Песнь Марии, Песнь Симеона Богоприимца, Апостольский символ веры, несколько отрывков из Псалмов, Отче наш и другие молитвы. Эта публикация, как и многие последующие, является двуязычной: малайский текст дается параллельно с голландским. О переводчике известно лишь, что он был сотрудником Объединенной Ост-Индской компании (ОИК)². Эта редкая книга в настоящее время хранится в Вюртембергской библиотеке в Штутгарте и в Британском музее в Лондоне [Het, 1629]. Малайский перевод Евангелия от Матфея имеет более широкое значение в истории евангелизации мира, ибо стал первым переводом Библии за пределами Европы и Ближнего Востока [The Cambridge History of the Bible, 1970, р. 385].

Руил продолжил свою работу и перевел Евангелие от Марка, опубликовав его в 1638 г. вместе с Евангелием от Матфея, также в двуязычном варианте. В это же время другой сотрудник ОИК, Ян ван Хасел (Jan Van Hasel; ?–?), завершил перевод Евангелия от Луки и Евангелия от Иоанна, а священник из Батавии³ Юстус Херниус (Justus Heurnius; 1587–1652) – перевод «Деяний святых апостолов». Херниус сверил также переводы Руила и Хасела по греческому тексту и напечатал в 1651 г. в Амстердаме двуязычную книгу «Четыре Евангелия и Деяния святых апостолов». Кроме того, Ян ван Хасел и Юстус Херниус в 1652 г. перевели и издали «Псалтирь». Первым человеком, который перевел весь Новый Завет на малайский язык, стал священник Даниэль Браувер (Daniel Brouwerious; 1625–1673), это случилось в 1668 г. [Van den Ende, 1982, p. 220].

Перевод всей Библии был начат в 1691 г. по заказу Батавской церкви и при спонсорской поддержке ОИК Мелхиором Лейдеккером, приехавшим в 1675 г. на Восточную Яву в качестве капеллана. Когда он умер в 1701 г., работа была завершена на 90 процентов. Оставшаяся часть была закончена ван дер Вормом в том же году [Mengenal Alkitab Anda, 1982, р. 36]. Но издание в силу ряда причин было осуществлено значительно позже: в Нидерландах на латинице в 1733 г. и в Батавии на арабской графике (джави) в 1758 г. Этот перевод оставался главным в деятельности церкви на протяжении почти двух веков.
До прихода англичан в регион в конце XVIII в. издание и распространение Библии контролировалось ОИК. С приходом же англичан появились новые миссионеры, которых не удовлетворял перевод Лейдеккера [Hains, 1962, р. 96]. Роберт Хатчингс, англиканский капеллан в Пинанге, был первым английским миссионером, попытавшимся исправить перевод Лейдеккера. Он и его коллега Дж. Макгиннис нашли около 10 тыс. слов, которых не было в авторитетном тогда малайском словаре Уильяма Марсдена [Marsden, 1812]. Исправленный перевод Нового Завета был издан в 1817 г. Британским и зарубежным библейским обществом (БЗБО, созд. в 1804 г.) в Серампуре (Индия), а исправленный перевод Ветхого Завета в 1821 г. [Richlefs, Voorhoeve, 1977, p. 107].
Еще одна попытка исправить перевод Лейдеккера была предпринята Клавдием Томсеном (Claudius Henry Thomsen; 1782–?), посланным БЗБО в Малайю в 1815 г. Здесь он изучал малайский язык у известного учителя Абдуллаха бин Абдул Кадира (Мунши Абдуллаха)⁴ и с 1818 г. по 1832 г. работал c помощью своего учителя над улучшением перевода Лейдеккера. В 1821 г. он закончил пересмотр Евангелия от Матфея, а в 1830 г. – восьми глав Евангелия от Марка. С Робертом Бёрнсом он закончил также переработку Евангелий и Деяний апостолов, до того как вернулся в Англию в 1832 г. [O’Sullivan, 1984, p. 83].

Работа Томсена оказалась недолговечной. Было напечатано только 1500 экз. Евангелий и Деяний апостолов [O’Sullivan, 1984, p. 83]. Кроме того, участие в переводе мусульманина Мунши Абдуллаха вызвало недовольство у церковных властей, и второе издание Библии стало возможным только после нового пересмотра перевода, осуществленного протестантским священником в Сингапуре Б. П. Кисберри (Benjamin Peach Keasberry, ум. 1875), хорошо знавшим малайский язык: в 1852 г. в Сингапуре был издан Новый Завет на латинице, а в 1856 г. – на джави. Он распространялся не только в Малайе, но и на Суматре и Борнео. Кисберри до своей смерти в 1875 г. смог переработать также переводы нескольких книг Ветхого завета, но они никогда не публиковались.
В это же время на Яве тоже предпринимались усилия по усовершенствованию перевода Лейдеккера. Этим занялся священник-меннонит Корнелий Клинкерт (Hillebrandus Cornelius Klinkert, 1829–1913), женатый на индонезийке. Он обнаружил, что жена не понимает Библии в переводе Лейдеккера, поскольку не владеет «высоким» малайским языком (языком малайцев Малайи, являвшимся и литературным языком). Поэтому он перевел Новый завет на «низкий» (вульгарный) малайский (семарангский диалект). В 1863 г. он получил задание сделать перевод Библии и на «высокий» малайский, для чего посетил архипелаг Риау и Малакку. В 1870 г. такой перевод был опубликован на латинице Нидерландским библейским обществом [Mengenal Alkitab Anda, 1982, c. 29]. Однако этот перевод не удовлетворил миссионеров на территории Малайи, поскольку оказался написанным на минахасском диалекте, который не понимали ни в Сингапуре, ни в Малакке [Forbes, 1979, р. 29].
В связи с создавшейся ситуацией англиканский епископ Сингапура Хоуз поставил в 1890 г. задачу предпринять новый перевод Библии, что и осуществил совместно с Уильямом Шеллабером⁵, который прибыл в Малайю в 1885 г. командиром роты, но к 1890 г. стал миссионером методистской церкви. В 1897 г. в переводе Шеллабера было опубликовано Евангелие от Матфея. В 1899 г. Шеллаберу был поручен перевод всего Нового Завета, который он закончил в 1904 г., а в 1909 г. им же был завершен перевод и Ветхого Завета, который был опубликован в 1912 г. [Darllow, 1903, p. 106]. В переводческой работе ему помогал малайский учитель Сулейман бин Мухаммед Нур. В 1913 г. было также опубликовано Евангелие от Матфея в переводе Шеллабера на диалект малайского языка баба-ньонья⁶.

Тем не менее вопрос о Библии, понятной населению в Нидерландской Индии, оставался открытым. Предлагались различные варианты, в том числе прозвучало предложение объединить версии Клинкерта и Шеллабера. В 1924 г. Британское и Нидерландское библейские общества достигли соглашения создать для этой цели группу во главе с немецким миссионером Вернером Боде (Werner August Bode, 1890–1942). Группа должна была заново изучить переводы Шеллабера, Лейдеккера и Клинкерта и на их основе составить новый вариант. Разногласия между участниками группы привели к тому, что представители Британского библейского общества вышли из проекта и решили по-прежнему издавать для Малайи Библию в переводе Шеллабера. Что касается Индонезии, то в работу по пересмотру перевода вмешалась Вторая мировая война. Только в 1947 г. удалось опубликовать Новый завет в переводе Боде. В 1958 г он был переиздан с пересмотренным им переводом Ветхого завета Клинкерта.
В дальнейшем – с провозглашением независимости Индонезии (1945) и Малайзии (1957) – быстрое развитие национальных вариантов малайского языка в обеих странах сделало старые переводы неприемлемыми. В 1969 г. Библейское общество Сингапура, Малайзии и Брунея заказало новый перевод Библии, и в 1974 г. был опубликован Новый Завет. Ветхий Завет был готов в 1981 г., но опубликован в 1987 г. вместе с повторным изданием Нового Завета под одной обложкой. В 1996 г. появилось новое пересмотренное издание [Alkitab, 1996]. В независимой Индонезии новым переводом Библии занялось созданное в 1954 г. Индонезийское библейское общество. Новый Завет был опубликован в 1971 г., а Ветхий Завет – в 1974 г. [Leks, 1996, p. 29–33].

Проблемы, возникавшие в процессе переводов Библии

С самого начала при переводе Библии на малайский язык возникало множество проблем, проистекавших из-за отсутствия стандартной грамматики, орфографии, соответствующей терминологии, слабого знания языка переводчиками-европейцами. Так, в переводе Даниэля Браувера доминировала португальская и испанская терминология (слово «Бог» переводилось как Deus, а слова «Святой Дух» как Spirito Sancto и др.) [Hunt, 1989, р. 36]. До того как была установлена единая орфография (в Малайзии «Орфография стран проливов» в 1878 г. и «Орфография Максвелла» в 1882 г., а в Индонезии «Орфография ван Опхейзена» в 1901 г.), каждый переводчик руководствовался собственной орфографией.
Практически во всех переводах слово «Бог» переводилось как «Аллах». И на это есть веские причины. В самом Коране в нескольких местах указывается, что Бог Корана – это то же самое, что Бог иудаизма и христианства. Самое прямое указание на это дается там, где мусульманам напоминают, что евреям и христианам надо говорить: «Если вступаете в спор с людьми Писания, то ведите его наилучшим образом. Это не относится к тем из них, которые поступают несправедливо. Скажите: ‘Мы уверовали в то, что ниспослано нам, и то, что ниспослано вам. Наш Бог и ваш Бог – один, и мы покоряемся только Ему’» [Коран на русском языке, cура 29:46].
Кроме того, есть и лингвистическая причина такого перевода. Подобно тому, как слова Dieu и Gott на французском и немецком языках означают Бог, эквивалентом этого слова на арабском языке является слово Аллах. Частично идентичность значений этих слов проявляется в том, что это слова одного корня: на иврите для обозначения Бога применяется слово Элохим (Elohim), имеющее тот же корень, что и слово Аллах (Allah). Иисус говорил на арамейском языке; на этом языке Бог – это Аллаха (Allaha). На мальтийском языке, который является уникальным, потому что его базой служит арабский, но говорят на нем преимущественно мальтийские католики, Бог – это Алла (Alla) [Pipes, 2005, р. 205]. В арабском переводе Библии слово «Бог» также переводится как «Аллах» [Гогиберидзе, 2009, c. 15].

Проблема перевода слова «Бог» в современной Малайзии

По мнению некоторых мусульманских богословов, «Аллах» – это имя собственное, не образованное от каких-либо семантических корней [Али-заде, 2007, с. 54]. Именно так трактуют слово «Аллах» мусульманские богословы в Малайзии и поэтому выступают против использования его в Библии и других публикациях⁷. Эта точка зрения возобладала и на государственном уровне. В 1986 г. центральное правительство выпустило циркуляр, запрещающий публикацию, продажу, распространение или владение Библией, использующей слово «Аллах» [Fahami Undang-Undang, 2014].

На местах пошли еще дальше: в конце 1980-х гг. большинство штатов Малайзии издали законы, запрещающие использование не только слова «Аллах», но и других мусульманских терминов из арабского языка в немусульманском контексте. Например, раздел 9 (1) Постановления о немусульманских религиях 1988 г. штата Селангор [Enakmen Ugama, 1988] запрещает немусульманам использовать в публикациях и выступлениях 25 слов арабского происхождения. В их число входят слово «Аллах» и выражения, в которых оно встречается (Firman Allah – Повеление Аллаха, Alhamdulillah – Слава Аллаху, Insya-Allah – Слава Аллаху, Allahu Akbar – Велик Аллах, Astaghfirullahal – помилуй, Аллах, Masya Allah – то, что угодно Аллаху), а также другие слова, связанные с исламом (Ulama – улема, Hadith – хадис, Ibadah – религиозный обряд, Kaabah – Кааба, Kadi – кади, судья, Ilahiah – божественность, Wahyu – откровение, веление свыше, Mubaligh – проповедник, миссионер, Syariah – шариат, Qiblat – направление на Мекку, Haji – хадж, Mufti – муфтий, Rasul – пророк, Iman – вера, Dakwah – проповедь, Injil – Библия, Salat – молитва, Khalifah – халиф, Wali – вали, святой – проведник ислама, Fatwa – фетва, Imam – имам, Nabi – пророк, Sheikh – шейх). К числу запретных слов относится также слово Injil – Евангелие, поскольку Инджиль – это одна из четырех священных книг ислама, арабское наименование Евангелия, использованное в Коране; вместо него следует употреблять английское Bible. Это постановление, кроме того, считает преступлением для немусульман подстрекать мусульман к изменению своей религии (раздел 4); вовлекать несовершеннолетних мусульман в лоно влияния немусульманских религий (раздел 5). Другими наказуемыми действиями являются предложение мусульманам слушать выступления или посещать выставки по любым неисламским религиозным вопросам (раздел 6); рассылка или передача любых неисламских публикаций (раздел 7); распространение в общественных местах любых немусульманских публикаций среди мусульман (раздел 8) [Enakmen Ugama, 1988].
Наказания за нарушение Постановления предусмотрены весьма жесткие (штрафы, заключение в тюрьму), вплоть до наказания ротанговой палкой в штате Келантан, который контролирует Панмалайзийская исламская партия [Nur Syazwana Mansor, 2017].
В результате протеста христианского населения, посчитавшего принятие этих законов прямым нарушением Конституции Малайзии, провозглашающей свободу вероисповедания⁸, некоторым организациям был разрешен ввоз Библии для церковных нужд. В апреле 2005 г. премьер-министр Малайзии заявил, что на обложках Библий на малайском языке должно быть предупреждение «Только для немусульман» и распространяться они должны исключительно в церквях и специальных христианских книжных магазинах⁹.

Как выяснилось впоследствии, закон, запрещающий использование слова «Аллах» немусульманами, был проигнорирован печатными изданиями христианских организаций. В 2007 г. министерство внутренних дел пригрозило за использование этого слова закрыть католический ежемесячник. Римско-католическая церковь Малайзии представила вопрос на рассмотрение Высокого суда, и тот, ко всеобщему удивлению, вынес в конце 2009 г. положительное для церкви решение [High Court, 2010].
Это, однако, спровоцировало массовое недовольство мусульманского населения. Прошли демонстрации под лозунгом «Аллах только для мусульман», а 11 церквей и одна христианская школа подверглись нападению. В ответ были сожжены две мечети и два мусульманских молельных дома. Одна мечеть, ставшая в 2001 г. предметом столкновения между мусульманской и индуистской общинами, ибо была построена на месте снесенного индуистского храма, подверглась осквернению: на ее территорию были брошены головы двух свиней. С обеих сторон были арестованы и привлеченные к суду участники беспорядков. Правительство попросило, чтобы действие решения суда было приостановлено, и обратилось в Апелляционный суд для пересмотра решения Верховного суда [KDN kemuka rayuan, 2010]. Почти одновременно с этим иммиграционные власти в Сараваке задержали 20 тыс. экземпляров религиозной христианской литературы из Индонезии¹⁰. В октябре 2009 г. власти конфисковали 15 тыс. экземпляров Библии, поступивших из Индонезии. В них также слово «Бог» переведено как «Аллах»¹¹. Вопрос с ежемесячником тянулся до 2014 г., когда его другим решением суда просто закрыли¹² [Brown, 2014].

Проблема Библии на малайском языке снова обострилась в марте 2017 г., когда министерство внутренних дел Малайзии конфисковало 8 компакт-дисков с религиозными текстами, содержащими слово «Аллах». Дело дошло до того, что адвокат Джилл Айэленд Лоренс подала судебный иск на министра внутренних дел с требованием восстановить «конституционное» право христиан использовать слово «Аллах» в своих изданиях. С тем чтобы примирить мнения относительно использования слова «Аллах» при переводе «Бог» в Библии на малайский язык, Совет по делам Ислама штата Селангор предложил, чтобы государственный Совет по языку и литературе сделал новый перевод, заменив слово «Аллах» малайским словом Tuhan (Бог), а фразу «Господь Бог» – фразой Yamtuan Tuhan [Davidson, 2017].
Это предложение, однако, было отвергнуто христианскими организациями Малайзии: президент Совета церквей Сабаха епископ Мелтер Джики Таис назвал его неприемлемым. «Мы, христиане Сабаха, никогда не примем перевод Совета по языку и литературе. Христиане сами имеют право решать, как выражать свою веру на любом языке. Мы по-прежнему будем использовать слово «Аллах» в значении «бог» и устно, и письменно» [Patrick, 2017]. Руководитель Библейского общества Саравака Ливан Наганг заявил, что Библия для верующих несет слово Божье, и выразил сомнение, что Совет по языку и литературе и Совет по делам ислама штата Селангор имеют право изменить его, подчеркнув: «Мы же не вмешиваемся в дела мусульманских организаций, пусть и они не вмешиваются в наши дела» [Davidson, 2017]. Заместитель главного министра Саравака Джеймс Масинг высказал такое же мнение: «Кто давал право им [мусульманам в Малайзии] считать себя единственными, кто может использовать слово «Аллах»? Арабов, например, это не волнует» [Tawie, 2017].
Таким образом, проблемы перевода Библии на малайский язык выросли в проблемы взаимоотношений представителей двух основных религий Малайзии: мусульман и христиан. Бескомпромиссность обеих сторон по вопросу использования слова «Аллах» в Библии на малайском языке, вероятно, будет и в дальнейшем приводить к обострению отношений различных конфессий в Малайзии и вносить элементы нестабильности во внутриполитическое положение страны. Существует, однако, вероятность, что смена правящего режима в Малайзии в мае 2018 г., когда во главе государства оказались влиятельные политические деятели, исповедующие христианство, может привести к смягчению политики властей в этом вопросе.