В статье рассматриваются особенности конструирования исторической памяти о Чингисхане и его эпохе в современной литературе монгольских народов России. В постсоветский период в культуре бурят и калмыков наблюдается рост интереса к образу Чингисхана и стремление связать с ним свою идентичность. На этом фоне в их национальных литературах появляется целый ряд произведений, так или иначе касающихся образа Чингисхана. Установлено, что произведения современных авторов создаются в контексте и на основе более ранних текстов – с одной стороны, средневековых монгольских исторических сочинений, с другой – текстов русских и европейских авторов о Чингисхане. Бурятские и калмыцкие писатели одновременно развивают предшествующие традиции и вступают с ними в диалог, предлагая свои интерпретации личности и биографии Чингисхана. Заметной тенденцией в художественной интерпретации образа Чингисхана стало подчёркивание его сверхъестественных способностей и покровительства высших сил, что в целом продолжает средневековую монгольскую традицию, но в то же время приводит и к появлению новых интерпретаций – например, образ Тэмуджина-шамана в романе А. Гатапова или Чингисхана – пророка и мессии в пьесе Б. Гаврилова. Новым аспектом интерпретации стало стремление показать деяния Чингисхана в глобальном контексте и доказать их пользу для всех народов Евразии. Важная особенность современных бурятских и калмыцких произведений о Чингисхане и его эпохе состоит в локализации монголоцентричного нарратива о Чингисхане. Это проявляется в подчёркивании территориальной и культурной общности этих народов со средневековыми монголами, конструировании преемственности между средневековыми этносами и современными монголоязычными народами России, создании нарративов, представляющих эпоху Чингисхана с точки зрения предков бурят и калмыков, а также в утверждении родственных связей данных народов с Чингисханом.