Дагестан в транснациональных суфийских сетях: шейхи из Кикуни и их зиярат в Турции
Dagestan in transnational Sufi Networks: Sheikhs from Kikuni and their shrine in Turkey
Ключевые слова: суфийские сети, культ святых, политическая ссылка, мухаджирство, гибридная идентичность, Накшбандия-Халидия, Накшбандия-Махумдия, эпиграфика, переписка, устные истории
Аннотация
Разобранный в статье случай появления в Турции конца XIX – начала XXI в. дагестанских суфийских сетей и святых мест неплохо представляет взаимоотношения мусульманских элит Северного Кавказа, Волго-ральского региона, Ближнего Востока и Анатолии. Запечатленные в до кументах, эпиграфике, устных историях биографии Мухаммада и Шараф ад-Дина из Кикуни, их участия в восстании 1877 г., ссылки в Поволжье, эмиграции в Османскую империю показывают, что в своем распространении братство Накшбандия-Халидия не раз переступало за политические границы и идеологические барьеры, установленные в регионе в ходе разграничения владений османской Турции и царской России. Обмен территориями и подданными между Турцией и Россией на протяжении последних полутора столетий привел к появлению смешанных гибридных идентичностей, микроистория одной из которых прослеживается в статье на примере мухаджирской деревни в Западной Анатолии. Вопреки распространенному представлению тарикат никогда не представлял собой единого неуловимого игрока в «большой игре» между великими державами. Скорее он распадался на множество небольших соперничавших фракций, руководители которых вступали в сложные отношения друг с другом и с местными политическими элитами. С суфийскими сетями тесно связаны более локальные сети святых мест (зияратов) в регионах.
Keywords: Sufi networks, the cult of saints, political exile, Muhajir movements, hybrid identity, Naqshbandiyya-Khalidiyya, Naqshbandiyya-Mahmudiyya, epigraphy, correspondence, oral history
Abstract
This case-study relates to the history of shared transnational Sufi networks. The Naqshbandiyya-Halidiya brotherhood of the Ottoman origin once moved from the Middle East to Russia's borderlands in the Eastern Caucasus and then came back to the Ottoman Empire from the North Caucasus. Dagestani Sufi networks and holy places represent a specific kind of interactions between the Muslim elites in the Middle East, the North Caucasus, the Volga-Ural region, and Anatolia from the late nineteenth century up today. The biographies of Muhammad and Sharaf ad-Din from Kikuni are welldocumented in various written sources, epigraphs, and oral histories. They participated in the 1877 Uprising, were exiled in the Volga region, and then immigrated to the Ottoman Empire. Their biographies show that the Naqshbandiya-Khalidiyya often crossed political boundaries and ideological barriers established in the region during the demarcation of the possessions of the Ottoman Turkey and the Russian Empire. The exchange of territories and subjects between Turkey and Russia over the past one and a half centuries led to the emergence of hybrid identities. The article traces a micro-history of an identity in a Mukhajir village in Western Anatolia. Contrary to popular belief, the tariqa never represented a single elusive player in the “Big Game” between the Great Powers. Rather, it included numerous rival factions whose leaders formed complex relations with each other and with local political elites. Sufi ritual networks were and still are closely connected to more local networks of holy places (ziyarats) in the regions.
Как цитировать
Бобровников В. О. Дагестан в транснациональных суфийских сетях: шейхи из Кикуни и их зиярат в Турции // Восток (Oriens). 2018. № 5. С. 21–36. DOI: 10.31857/S086919080001847-8.
How to cite
Vladimir Bobrovnikov Dagestan in transnational Sufi Networks: Sheikhs from Kikuni and their shrine in Turkey // Vostok (Oriens). 2018. No. 5. Pp. 21–36. DOI: 10.31857/S086919080001847-8.