Авторы на базе малоизученных документов и вторичных источников рассматривают события на Халхин-Голе в контексте развития военно-политических и экономических процессов в Восточной Азии. Прекращении боевых действий японских войск в районе реки Халха обусловливалось позицией политиков в высшем руководстве Японии. Авторы показывают, что решение японского правительства было детерминировано упорным сопротивления Китая японской агрессии и сложной экономической ситуацией в самой Японии. С началом Второй мировой войны она потеряла доступ к ряду зарубежных рынков, что вызвало ее интерес к советской Транссибирской магистрали как альтернативному пути для торговли с Европой, в частности с Германией. Также в качестве одного из ключевых факторов, побудивших высшее японское высшее руководство пойти на мирные переговоры с Москвой и в итоге отказаться от эскалации военной агрессии против СССР, авторы рассматривают эффективность действий Красной армии на Халхин-Голе на фоне роста военных расходов, которые несла Япония в результате противостояния с Советским Союзом во время Номонганского конфликта. Однако, и в статье это доказывается на конкретных примерах, японские милитаристы не отказались окончательно от планов развязывания войны против СССР. При этом авторы доказывают, что японская военная мысль после конфликта на Халхин-Голе оказалась в тупике в вопросе построения стратегии против СССР: к 1941 г. у Японии имелись однозначно старые планы относительно будущей войны с Советским Союзом, не подходившие для решения задач, которые возникли после и в результате победы Красной армии на Халхин-Голе.