Статья посвящена публикации железного каркасного шлема из кургана 2 могильника Бейсужек 36 в степном Прикубанье. В отличие от ритуальных комплексов с импортными шлемами (римскими, греческими, кельтскими), известных во всём Северном Причерноморье и ряде соседних регионов, сарматские захоронения со шлемами тяготеют к западному и центральному Предкавказью. Предкавказские сарматские погребения со шлемами принадлежат к культуре кочевников II–I вв. до н.э., отождествляемых с сираками Страбона. Шлем из могильника Бейсужек 36 является импортным. Он явно изготовлен профессиональным мастером-оружейником, но не принадлежит ни к эллинистической, ни к кельтской, ни к римской традициям оружейного производства. Можно соотнести находку из Бейсужека 36 с производственной традицией Ближнего Востока. Отсутствие синхронных археологических находок отчасти компенсируется изображениями похожих шлемов на боспорских надгробиях, рельефах колонны Траяна и знаменитой Нильской мозаике из Палестрины. Инвентарь погребения датируется в широких рамках конца II – I вв. до н.э. Как известно из письменных источников, сарматы воевали против полководцев Митридата VI Евпатора, а впоследствии – в составе армии Митридата против римлян в Малой Азии. Сарматы составляли и значительную часть армии царя Боспора Киммерийского Фарнака II, когда тот попытался отвоевать у римлян Понтийское царство. Попадание шлема на Северный Кавказ могло быть связано как с участием сарматов в Митридатовых войнах, так и с событиями 48–47 гг. до н.э., когда Фарнак II решил вернуть себе земли, некогда принадлежавшие его отцу Митридату VI Евпатору. В ходе этих бурных событий какое-то количество римского, греческого, кельтского вооружения и воинского снаряжения разными путями попало к варварам Северного Причерноморья. Очевидно, что редкий ближневосточный шлем оказался в руках одного из сарматских воинов Митридата или Фарнака.