К середине 1880-х гг. Россия завершила присоединение среднеазиатских земель и подошла вплотную к границам Афганистана. По итогам Второй англо-афганской войны (1878–1880) южный сосед России принял на себя статус протектората Великобритании и, таким образом, лишился права вести независимую внешнюю политику. В условиях продолжавшегося российско-британского противостояния в Средней Азии русские власти чувствовали острую необходимость в получении достоверных сведений о событиях в Афганистане, но не имели возможности направить туда официального представителя и были вынуждены развивать полулегальную разведывательную деятельность, опираясь на информацию, поступавшую во многом от агентов из числа местных жителей. В период с 1882 по 1900 гг. к северу и западу от афганской границы российское правительство открыло четыре дипломатических учреждения: консульство в Кашгаре (1882), политическое агентство в Бухаре (1885), генеральное консульство в Хорасане (1889) и вице-консульство в Систане (1900). Упомянутые представительства объединяет то, что в их обязанности, помимо решения вопросов, относящихся к территории их пребывания, входил сбор сведений об Афганистане. Вместе с тем афганский аспект деятельности указанных дипломатических представительств до сих пор не нашел отражения в исторических исследованиях. Автор планирует обстоятельное изучение этого вопроса, первым шагом на пути которого должна стать настоящая статья, посвященная открытию российского генерального консульства в иранском г. Мешхед. Основой настоящего исследования стали документы Архива внешней политики Российской империи, Российского государственного исторического архива, а также дариязычный источник «Сирадж ат-Таварих».