Статья посвящена исследованию историко-культурных аспектов раскола на Сирийском Востоке в ходе христологических споров. Автор статьи приходит к выводу, что раскол в христологии сирийцев обусловлен разницей культурно-исторических параметров двух областей Сирийского Востока (Приморской Сирии и Верхней Месопотамии). Генезис дифизитской христологии (на уровне, который можно обозначить как theologiaprima) имел место в Верхней Месопотамии, исторически находившейся в восточной зоне эллинизма. Начальное развитие богословия в Антиохии, области глубокого эллинистического синтеза, в целом совпадает с его развитием в Александрии, которое, имея в своей основе платоновские парадигмы, закономерно двигалось к миафизитским христологическим моделям. Однако, если интеллектуальная эстафета Александрийской школы не претерпела значительных изменений, то в развитии Антиохийской школы произошел разрыв, связанный с внедрением туда месопотамской («разделяющей») христологии. Далее антиохийцы сформировали новую интеллектуальную эстафету, перешли на аристотелевские парадигмы, которые оказались наиболее адекватным инструментарием для рационализации месопотамской христологии. Следствием перехода на аристотелевские модели можно считать возникновение арианства. По мере развития в интеллектуальной эстафете антиохийцев произошла еще одна существенная трансформация: переход от арианской триадологии к никейской. Одновременно месопотамская христология получила здесь новый импульс, что позволило детализировать «разделяющую» христологию и сформулировать ее в категориях строгого дифизитства. После Эфесского Собора 431 г. происходило достаточно быстрое вытеснение строгого дифизитства в область его начального генезиса – Верхнюю Месопотамию. В рамках этого процесса месопотамские сирийцы получили христологические модели, рационализированные в рамках аристотелевских парадигм, которые впоследствии стали основой вероучения Церкви Востока. События после Эфесского (431 г.) и Халкидонского (451 г.) Соборов, связанные с формированием на территории Приморской Сирии миафизитских церковных структур можно расценивать как возвращение этого региона к базовым параметрам своего «естественного» историко-культурного развития.