vostokoriensВосток (Oriens)Vostok (Oriens)0869-19082713-0401Институт востоковедения РАН10.31857/S086919080009039-91735Политическая идентичность и ее влияние на внешнюю политику государств Ближнего ВостокаPolitical Identity and its Impact on the Foreign Policy of the States of the Middle Easthttps://orcid.org/0000-0002-5937-9997ЗвягельскаяИрина ДоновнаIrina D. Zvyagelskayazvyagel@imemo.ruhttps://orcid.org/0000-0003-0556-6719БогачеваАнастасия СергеевнаAnastasia Bogachevahttps://orcid.org/0000-0002-8899-8746ДавыдовАлексей АндреевичAlexey Davydovhttps://orcid.org/0000-0001-9669-4243ИбрагимовИбрагим ЭминовичIbragim Ibragimovhttps://orcid.org/0000-0003-4596-4404СамарскаяЛюдмила МаксимовнаLiudmila Samarskaiahttps://orcid.org/0000-0001-5191-9090СвистуноваИрина АлександровнаIrina A. Svistunovahttps://orcid.org/0000-0001-7185-7990СурковНиколай ЮрьевичNikolai Y. SurkovИМЭМО им. Е.М. Примакова РАНRussia2004202025573http://vostokoriens.ru/articles/politicheskaya-identichnost-i-ee-vliyanie-na-vneshnyuyu-politiku/http://vostokoriens.ru/articles/politicheskaya-identichnost-i-ee-vliyanie-na-vneshnyuyu-politiku/pdf/

В начале XXI в. на фоне обострившегося кризиса государственности и конфликтов страны Ближнего Востока переживают рост политизации идентичностей. Все более активно реализуют себя в политическом поле группы, идентифицирующие себя по общим этническим, религиозным, конфессиональным признакам и формулирующие на этой основе политические требования. Использование идентичностей в процессе мобилизации для достижения политических целей показывает, что существующие различия между ними сами по себе не являются драйверами конфликта, а становятся таковыми в процессе политизации. Соответственно попытки объяснить политику участников международных отношений исключительно через примордиальный конфликт идентичностей малопродуктивны. В то же время рассмотрение политической идентичности может объяснить выбор государствами региона союзников и симпатизантов. В статье представлен подход к решению поставленной задачи на основе проведения системно-исторического и сравнительного анализа и рассмотрения отдельных кейсов. Ближневосточные государства дают примеры как «классического» варианта идейно-партийной аффилиации, в основном привнесенной Западом, так и политизации местных идентичностей. Их соотношение внутри стран, а также трансляция во внешнюю политику рассмотрены в статье на примере Турции, Сирии, Ливана, Израиля и Ирана. Если в турецком обществе преобладает политическая самоидентификации по идеологическому признаку, то в Сирии в условиях конфликта конфессиональные идентичности вышли на первый план. В Ливане конфессиональная система все еще определяют функционирование институтов. В Израиле, где религия является важнейшим элементом национальной идентичности, на политическом поле наблюдается симбиоз светских идеологий и религиозного дискурса. В Иране революция превратила исламско-шиитскую идентичность в основной компонент «официальной идеологии». Использование фактора идентичности во внешней политике ситуативно. Акцентирование религиозной или конфессиональной идентичности может выглядеть анахронизмом в условиях широкого международного взаимодействия и даже оттолкнуть потенциальных партнеров. И все же прогнозирование развития конфликтных тенденций в регионе вряд ли возможно без учета фактора политической идентичности.

At the beginning of the XXI century crisis of statehood and numerous conflicts in the Middle East have resulted in an increase of identities' politicization. Groups that identify themselves by common ethnic, religious and confessional characteristics and formulate political demands on this basis have become more active and politically pronounced. The use of identities to achieve political goals shows that the existing differences between them are not primary drivers of conflict; they can turn into such drivers only in the process of politicization. Accordingly, attempts to explain the policy of states and non-state actors exclusively through the primordial conflict of identities are unproductive. At the same time, political identity may be used instrumentally by the states in a search for allies and sympathizers. Middle East States give examples of both the "classical" version of ideological and party affiliation, mainly introduced by the West, and the politicization of local identities. The authors use case-studies (Turkey, Syria, Lebanon, Israel and Iran) to estimate their correlation within countries, as well as their impact on respective foreign policies. If in Turkish society political self-identification on an ideological basis prevails, in Syria confessional identities have come to the fore during the conflict. In Lebanon the confessional system still provides the functioning of institutions. In Israel, where religion is the most important element of national identity, there is a symbiosis of secular ideologies and religious discourse. In Iran the revolution has turned Islamic-Shiite identity into a major component of the "official ideology". The use of the identity factor in foreign policy is situational. Emphasis put on religious or confessional identity can be eagerly embraced by some local actors, but can be perceived as anachronistic and as an obstacle to potential cooperation by international players. Nevertheless, forecasting the development of conflict trends in the region is hardly possible without taking into account the impact of political identity.

политическая идентичностьБлижний Востокидеологиямножественные идентичностисовременные и традиционные факторывнешняя политикарегиональные международные отношенияpolitical identityMiddle Eastideologymultiple identitiesmodern and traditional factorsforeign policyconflictsinternational relations