Бхакти – одно из самых современных слов в Индии, хотя оно встречается в древних текстах буддизма и индуизма двухтысячелетней давности. Более пятнадцати столетий (с VI в.) оно звучит в религиозной лирике на разных индийских языках и последние два века служит объектом дискуссий в Южной Азии и далеко за ее пределами. В практическом выражении бхакти обнаруживается в разнообразных контекстах, возобновляется со сменой исторических вех и встраивается в широкий круг теологических параметров, а с XIX в. становится инструментом, искусно прилаженным к социальным и политическим нарративам.      При любых вариантах истолкования и воспроизводства бхакти остается востребованным как модель эмоциональной связи человека с богом. Главными выразителями бхакти признаются средневековые поэты, излившие в гимнах любовь к избранному божеству, а их собственное творчество и созданные позднее их жития составляют основу для толкования бхакти: каким оно было, есть и будет. Главными характеристиками бхакти признаются его эгалитарность и демократизм, что выражено в представлениях о бхакти как «движении», ведущему к и/или обеспечивающему равенство каст. Именно в таких координатах этот феномен трактовался в отечественной индианистике периода ее «исследовательского бума» (1960–1970) и был недальновидно утрачен впоследствии.      В первой части рассматривается соотношение идиомы «движение бхакти» и постулата «в бхакти касты нет» с националистическим проектом создания собственной государственности и идентичности, а также как изначально «бескастовый» статус маратхиязычной поэтессы-служанки Дзана-баи (условно XIII–XIV вв.) обеспечил диапазон выбора при интерпретации ее социальной принадлежности в XX–XXI вв. Анализируются приписываемые Дзана-баи гимны, посвященная ей житийная литература XVIII в., первые упоминания о ней христианских миссионеров и наращивание сведений о ней в работах историков маратхской литературы.