В XVII–XVIII вв. в Корее резко возросло количество трудов, посвященных географии и истории. Это было связано с появлением новых знаний о мире, приходящих на Корейский полуостров через регулярные контакты с маньчжурской империей Цин. Важно, что характер этих трудов был диаметрально противоположен: с одной стороны, в высших аристократических конфуцианских кругах пользовались популярностью мифические «Карты Поднебесной» чхонхадо, апеллировавшие к древней истории; с другой стороны, группа ученых течения сирхак, «за реальные знания», старалась найти компромисс между новыми методами изучения пространства и традиционным синоцентричным мировосприятием. Предлагаемая статья посвящена одному из географических памятников второй половины XVIII в. – «Описанию гор» (Сангёнпхё) придворного чиновника-цензора Син Гёнджуна 申景濬 (1712–1781). Это сочинение представляет собой первую протонаучную попытку классификации всех корейских гор по расположению и размеру. Произведение продолжает изучение так называемого «Большого Пэктусанского ствола» Пэкту тэган, начатого ранее учеными-отшельниками второй половины XVIII в. – Ли Джунхваном (李重煥; 1690–1756?) и Ли Иком (李瀷; 1681–1763). В статье впервые в мировом корееведении рассматривается биография Син Гёнджуна, составленная на основе королевских летописей «Истинные записи (правления) династии Чосон» 朝鮮王 朝實錄 (Чосон ванджо силлок). До настоящего момента биография Син Гёнджуна не становилась отдельным объектом изучения даже в Корее, и посвященные ему словарные статьи недостаточно полно описывают жизненный путь ученого. В работе впервые в отечественном корееведении проводится анализ содержания памятника «Описание гор». По мнению Син Гёнджуна, автора «Описания», систему корейских гор можно условно разделить на пятнадцать горных гряд. Он предполагает, что существует один «большой ствол» тэган (大幹), один «главный ствол» чонган (正幹) и тринадцать «главных жил» чонмэк (正脈). Ценность исследования Син Гёнджуна состоит в том, что двору впервые было представлено полное описание корейских гор, что безусловно повлияло как на становление корейской географической науки, так и на картографирование.