vostokoriensВосток (Oriens)Vostok (Oriens)0869-19082713-0401Институт востоковедения РАН10.31857/S086919080005952-41664Взаимодействие основных центров мистического ислама в IX–X вв.Interaction of Main Islamic Mystical Centers in the 9th–10th Centurieshttps://orcid.org/0000-0001-9498-8766КраюшкинНикита РомановичNikita Krayushkinkranr@mail.ruИнститута востоковедения РАНRussia220820194146155http://vostokoriens.ru/articles/vzaimodeystvie-osnovnykh-tsentrov-misticheskogo-islama-v-ix-x-vv/http://vostokoriens.ru/articles/vzaimodeystvie-osnovnykh-tsentrov-misticheskogo-islama-v-ix-x-vv/pdf/

В статье моделируется историческая эволюция раннего суфийского движения на основе изучения материалов, почерпнутых из восьмидесяти трех биографий мусульманских подвижников IX–X вв., содержащихся в классическом суфийском трактате арабского богослова Абу-л-Касима ал-Кушайри (986–1072) «ар-Рисала ал-кушайриййа фи ‘илм ат-тасаввуф» («Послание о суфийской науке»). В качестве компаративного источника используется работа «Раскрытие скрытого за завесой» («Кашф ал-махджуб») персидского суфия ‘Али ибн ‘Усмана ал-Худжвири (1009–1072/77). На основе анализа агиографического материала автор выделяет четыре ранних центра формирования мистического ислама – Египет, Ирак, Сирию, Хорасан и Мавераннахр. Рассматриваются особенности каждого отдельного центра, а также их культурное взаимодействие. Наибольшей активностью отличалась багдадская суфийская школа, поддерживающая духовные контакты с представителями практически всех направлений внутри раннего мистического ислама. Авторы изученных источников указывают на появление в Сирии и Египте местных мусульманских аскетических традиций. В частности, начался процесс складывания культа мусульманских «святых» на основе концептуализации идейных представлений о стоянках-макамат и состояниях-ахвал на пути суфия и ма‘рифа – интуитивном познании Аллаха. Тем не менее, если египетская и сирийская суфийские школы быстро попали под сильное влияние Багдада, Хорасан и Мавераннахр смогли отстоять свою духовную независимость и со временем стали основными противниками Ирака. Пропагандируемый мистиками из этих провинций «опьяненный» суфизм резко критиковался багдадскими подвижниками умеренного толка. Сторонники «трезвости» отстаивали идею того, что после субстанционального слияния с Божеством в результате фана’ – уничтожения в Нем, подвижник должен вернуться в исходное состояние сознания. В развернувшейся острой интеллектуальной полемике принимали участие не только суфийские подвижники, но и мусульманские богословы-«законники» и представители властных структур, боровшиеся против мессианских и мистических движений, чреватых народными волнениями и дезинтеграцией государства. В итоге «умеренность» мистического ислама багдадской школы, его гибкость при контактах с представителями разных местных мистическо-аскетических традиций в исламе и прямая связь с властными структурами послужили фундаментом для всего здания классического суфизма.

The article examines eighty-three biographies of Muslim devotees of the 9<sup>th</sup> and 10<sup>th</sup> centuries from the classic Sufi treatise composed by Arabian Muslim theologian Abu l-Qasim al-Qushayri (986–1072) al-Risala al-Qushayriyya fi ‘Ilm al-Tasawwuf (Epistle on Sufi science) in order to analyze the early Sufi movement. As a comparative source the study uses the Revelation of the Veiled (Kashf al-mahjub) by the Persian Sufi ‘Ali Ibn ‘Uthman al-Hujwiri (1009–1072/77). Based on the analysis of the hagiographic material, the author identifies four early centers of the mystical Islam — Egypt, Iraq, Syria, Khorasan, and Transoxiana — and examines them separately, tracing their cultural interaction. According to the sources, the Baghdad Sufi school was the most active one, maintaining spiritual contacts with representatives of practically all areas of the early mystical Islam. Local Muslim ascetic traditions appeared also in Syria and Egypt with the development of Muslim “saints” notion. However, while the Egyptian and Syrian Sufi schools fell under the strong influence of Baghdad, the Khorasan and the Transoxianian ones were able to defend their spiritual independence and, as a result, became the main opponents of Iraq. The “drunken” Sufism, popularized by the mystics from these provinces, was sharply criticized by Baghdad devotees of a moderate (“sober”) school, defending the idea that after the “intoxication” of the Sufi, caused by his substance-induced unification with the Divine, the ascetic should return to the initial “sobriety”. Not only Sufi devotees but also Muslim legal scholars and representatives of power structures who fought against popular unrest and disintegration of the state, took part in this acute intellectual controversy. As a result, the “moderation” of the mystical Islam of the Baghdad school, its flexibility and its direct connection with the authorities formed the basis on which was built the entire building of classical Sufism.

Абу-л-Касим ал-Кушайриисламмусульманский мирсуфизмсуфийский путьAbu-l-Qasim al-QushayriIslamMuslim worldSufismSufi path