Археологический памятник Гебель эль-Нур, расположенный в мухафазе (провинции) Бени-Суэф Среднего Египта, исследуется силами совместной археологической экспедиции Института востоковедения РАН и Высшего совета по древностям АРЕ при участии Института археологии РАН¹. Он представляет собой обширную территорию, занятую храмом, поселением, каменоломнями и некрополем, располагающимся по двум сторонам от безымянного вади, притока Вади Гайяда². Соответственно, обе части некрополя получили название Южный и Северный. Разведки первого полевого сезона 2022 г. показали хорошую сохранность Южного некрополя, так как находок на поверхности, включая фрагменты керамических и фаянсовых сосудов, а также человеческие кости, были немногочисленны. В начале работ на памятнике мы предполагали, что Южный некрополь должен представлять собой грунтовый могильник, так как после сильных дождей на поверхности были заметны многочисленные углубления, которые могли быть могильными ямами [Малых, 2023в, с. 249]. Однако, открывая полевой сезон 2024 г., мы обнаружили, что на месте одного из таких углублений образовался провал, который местные охранники памятника – гафиры прикрыли сухой травой. В яме виднелись остатки сводов и стен из сырцового кирпича, и нами было принято решение исследовать данный комплекс, поэтому здесь был разбит раскоп 5×10 м, ориентированный по оси запад-восток. В результате был обнаружен вход в подземную многокамерную гробницу-гипогей, получившую порядковый номер GN 6010, а в верхних слоях найдена фрагментированная известняковая стела с надписью на греческом языке «ΔΑΜΑΣ ΕΥΔΑΙΜΩ[Ν]» – т.е. «Дамас Эвдемон»³. Таким образом, один из погребенных в гробнице носил имя Дамас, что послужило причиной условного наименования данного погребального комплекса.

Как и большинство археологических памятников Египта, гробница имела следы деятельности древних грабителей, проникших в помещение через пролом сверху, обрушивший сырцовый свод. Несмотря на это, часть захоронений и сопроводительных предметов осталась in situ, тогда как другие были сдвинуты со своих первоначальных мест. Среди керамического инвентаря выделяется группа их семи небольших керамических масляных светильников, выявленных в ходе расчистки центрального помещения (GN 6010) и северной ниши (GN 6011) «гробницы Дамаса».

КЕРАМИЧЕСКИЕ СВЕТИЛЬНИКИ ИЗ «ГРОБНИЦЫ ДАМАСА»

Большинство керамических светильников – небольших сосудов с отверстиями для заливки масла и фитиля – было сконцентрировано в северной части центрального помещения GN 6010, вокруг керамического гроба без крышки, ориентированного по оси запад-восток и содержавшего захоронение сразу двух индивидов – вероятно, оригинального и несколько более позднего вторичного, уложенных в вытянутой позе на спине, головой на запад.

В северо-восточном углу помещения GN 6010, в слое засыпки гроба был обнаружен перевернутый светильник GN24/6010/2 дисковидного типа с отбитой ручкой (рис.). Он изготовлен методом оттиска в двусторонней форме-матрице и имеет рельефный декор медальона в виде восьмилепестковой цветочной розетки, окруженной серией выпуклых окружностей-зерен, размещенных на плечах; носик обрамлен рамкой в виде сердца. Глиняное тесто мергельное, светло-коричневого цвета, средне-тонкой плотной текстуры, с примесью кварцевого песка, известняка и растительных частиц; внешняя поверхность покрыта ангобом красного цвета. На плоском донце, выделенном окружностью, оттиснуто клеймо в виде буквы S с раздвоенными концами. Это единственный из семи найденных в гробнице светильников, не имеющий следов бытового использования – копоти на носике. Примечательно, что отбитая кольцеобразная ручка так и не была обнаружена, несмотря на сплошное просеивание грунта, что может указывать, что в гробницу был помещен сломанный предмет, однако не употреблявшийся по прямому назначению.

В слое над гробом, в его нижней (восточной) половине, залегал целый светильник GN24/6010/4 типа «лягушка» (“frog-lamp”), декорированный рельефным схематичным изображением амфибии, обрамленным c боков серией мелких выпуклых квадратов – орнамент типа «лягушка и зерно»⁴. Предмет изготовлен методом оттиска в двусторонней матрице, рельефный декор дополнительно доработан плоской палочкой. Небольшие трещины на изображении демонстрируют неаккуратность формовки – недостаточную пластичность теста или поспешность выемки из матрицы. Глиняное тесто мергельное зеленовато-серое, средне-тонкой и плотной текстуры, с примесью кварцевого песка, железистых окислов и растительных частиц. Донце выполнено в виде псевдо-кольцевого поддона, по центру которого плоской палочкой по влажной глине вдавлено клеймо в виде греческой буквы Α. Копоть на носике свидетельствует о бытовом использовании предмета.

Между северной стенкой керамического гроба и северной стеной помещения GN 6010 находилось два светильника – GN24/6010/10 и GN24/6010/11; последний был плотно зажат конструкциями и потому раздавлен. Он сделан из мергельной светло-бежевой глины средне-тонкой плотной текстуры, с примесью кварцевого песка, черного камня, коричневого шамота, золотистой слюды и растительных частиц. Внутренняя поверхность лампы хорошо иллюстрирует процесс изготовления, чего нельзя увидеть у целых предметов: оттиск произведен в двусторонней форме, внутри соединительные швы слегка выпуклые, с кусками глины, снаружи они подрезаны и заглажены; отверстия для фитиля и заливки масла проколоты круглой в сечении палочкой, кусок глины от отверстия в носике прилип к внутренней поверхности. Декор в виде схематичных зерновых колосьев или пальмовых листьев⁵) слабого оттиска, дополнительно доработан по влажной глине инструментом с плоской площадкой. Донце плоское, на нем клеймо в виде греческой буквы Λ, вдавленное плоской палочкой по сырой глине. На носике снаружи следы копоти, тогда как поверхность внутри не имеет следов длительного копчения и промасливания, что может указывать, что новый светильник использовался однократно в ходе похорон в гробнице.

Светильник GN24/6010/10 представляет собой грубую вариацию ламп-«лягушек» с сильно стилизованным и слабо проработанным изображением амфибии, оттиснутым в двусторонней матрице. Глиняное тесто мергельное, зеленовато-серого, местами бежевого цвета, грубой и плотной текстуры, с примесью белого камня, коричневого шамота и растительных частиц. Клейма нет; на носике незначительные следы копоти.

В северной нише GN 6011, выстроенной в северной стене гробницы, были найдены in situ два целых светильника типа «лягушка» с сильной копотью на носиках. Первый (GN24/6011/1), меньшего размера, сформован в двусторонней качественной матрице из аллювиального (илистого) глиняного теста красного цвета, тонкой и плотной текстуры, с примесью кварцевого песка, золотистой слюды и растительных частиц. На плоском донце, выделенном окружностью, было прочерчено по сырой глине клеймо в виде греческой буквы В. Декор хорошей детализации в виде схематичной лягушки в обрамлении квадратных выпуклостей относится к типу «лягушка и зерно».

Второй более крупный светильник GN24/6011/2 из ниши GN 6011 был оттиснут в другой двусторонней матрице, однако его глина идентична лампе GN24/6011/1. Декор того же типа «лягушка и зерно», однако отличается худшей детализацией и смазанностью: либо матрица имела дефекты, либо изделие при выемке из формы было деформировано. На донце, выделенном окружностью, по сырой глине прочерчено клеймо в виде сочетания двух греческих букв ΠΡ. Таким образом, можно предположить, что обе лампы были произведены в одной мастерской из глиняного теста одного замеса, но помечены разными клеймами; в таком случае они, скорее всего, идентифицировали не гончарню, а ее мастеров, работавших с разными матрицами.

Примечательно, что в южной части помещения GN 6010, за сырцовыми ступенями, в перевернутом положении был обнаружен третий целый красноглиняный светильник-«лягушка» GN24/6010/6 с прочерченным на выделенным окружностью донце клеймом-монограммой ΠΡ. Глина изделия в целом близка лампам из ниши GN 6011, но отличается отдельными нюансами, обычными для сырья из одного месторождения, но разного замеса. При этом матрица близка по размеру и декору предмету GN24/6011/2, отличаясь лишь мелкими деталями, также как и изделие было более аккуратно вынуто из формы, без смещения. Скорее всего, светильники GN24/6010/6 и GN24/6011/2 были оттиснуты в матрицах вторичного и третичного происхождения от общего прототипа, что было обычным делом в гончарных мастерских, владевших целом набором таких форм для отжима, обычно из обожженной глины, а в случае их поломки с готового изделия могла быть снята вторичная копия, наследовавшая недостатки изделия-патрицы. Несложно заметить, что написание монограммы ΠΡ на лампах GN24/6010/6 и GN24/6011/2 сделано в разной манере, по-видимому, разными людьми. К этому вопросу мы еще вернемся.

Таким образом, археологический контекст пяти из семи светильников можно определить как оригинальный (лишь два были смещены – GN24/6010/2 и GN24/6010/6): две лампы GN24/6011/1 и GN24/6011/2 были установлены в нише, в непосредственной близости к керамическому гробу, другие две лампы GN24/6010/10 и GN24/6010/11 фланкировали гроб с северной и южной сторон, вероятно, освещая гробничное пространство в ходе совершения похоронных действ. Положение светлоглиняного светильника GN24/6010/4 похоже на оригинальное: он помещен на слой засыпки керамического гроба, почти ровно по его центральной продольной оси, и ориентирован по линии запад-восток, что также может демонстрировать особенности погребального обряда.

Показательно, что фрагменты светлоглиняного и красноглиняного светильников-«лягушек» с клеймами А и ПР были обнаружены в Гебель эль-Нуре в сезоне 2022 г. в ходе разведок на поселении, удаленном от Южного некрополя на 200 м к северо-западу и от храма на 115 м к северо-востоку. Здесь же найдены и черепки среднеегипетских винных амфор типа AE 3 I–II вв. н.э. [Малых, 2023в, с. 248]. Все это позволяет предположить, что жители поселения римского времени хоронили своих умерших в Южном некрополе.

МОРФОЛОГИЯ И ДАТИРОВКА МАСЛЯНЫХ КЕРАМИЧЕСКИХ СВЕТИЛЬНИКОВ

Ранние круговые светильники первой половины I тыс. до н.э. представляли собой небольшие плоскодонные и круглодонные чаши, иногда с завернутыми внутрь краями⁶, однако уже с VI в. до н.э. в Аттике и Коринфе мастера стали изготовлять на гончарном круге небольшие закрытого типа плошки с небольшим отверстием сверху и долепленным вытянутым закрытым носиком [Thompson, 1933, p. 195–197]. В начале III в. до н.э. гончары Греции, Малой Азии и Египта перешли к производству ламп аналогичной формы в двусторонних матрицах⁷, что ускоряло и облегчало процесс создания закрытого резервуара с носиком – в этих конструктивных частях сосуда прокалывались два отверстия для фитиля и залива масла, предотвращая разливание последнего. Некоторые разновидности ламп (но не все) для комфортного переноса снабжались небольшими кольцеобразными ручками. Таким образом, удобство использования и массовое матричное производство привело к популярности этих предметов на территории эллинистической Ойкумены, а затем и всего Pax Romana.

Привлекательность внешнего вида и небольшой размер масляных ламп способствовали их накоплению в музейных и частных коллекциях, и, как следствие, большому числу каталожных и аналитических работ, в которых делаются попытки установить морфологическую эволюцию и датировку светильников греко-римского и византийского времени⁸. Однако обилие предметов без провенанса привело к тому, что многие исследователи сосредотачиваются на разработке собственных типологий, тогда как датировка светильников по большей части остается широкой и расплывчатой.

Итак, в римское время дисковидные лампы распространились по всему Pax Romana и производились как в мастерских метрополии, так и провинций. В то же время т.н. светильники-«лягушки» были чисто египетским изобретением, бытовавшим синхронно с классическими дисковидными образцами.

Дисковидные светильники. Одной из первых и до сих пор используемых классификаций римских ламп является типология З. Лёшке, в основу которой легла коллекция предметов из римского военного лагеря в Виндониссе (совр. Швейцария). Типология построена на форме носика, но также учитывает особенности формовки медальона, плеч и донца [Loeschcke, 1919, S. 23–27]. Дисковидный светильник GN24/6010/2 из «гробницы Дамаса», декорированный восьмилепестковой розеткой в обрамлении серии объемных точек-зерен, по морфологическим признакам, в первую очередь сердцевидному носику и плоскому, очерченному окружностью донцу, относится к типу VIII, который З. Лёшке датирует второй третью I в. н.э. [Loeschcke, 1919, p. 239]. Розетка, похожая на декор GN24/6010/2, встречается не только на виндонисских лампах типа VIII (вариант без ручки), но и у типа II с треугольным носиком, без ручки (ранний I в. н.э.) [Loeschcke, 1919, Taf. 1]. Представители этого типа также обнаружены на Книде и в египетской Марине эль-Аламейн и датированы I в. н.э. [Bailey, 1988, p. 327, 333, pl. 74, fig. 128; Zych, 2004, p. 78, fig. 1 (E 368)].

О. Бронир, анализировавший лампы из Коринфа, отмечал, что декор с цветочной розеткой характерен для местных ламп I–II вв. н.э. и даже более поздних [Broneer, 1930, p. 95–96]. По его мнению, сердцевидная форма носика (тип XXV Бронира) была заимствована греческими мастерами из Италии и в основном воспроизводилась в середине – конце I в. н.э. [Broneer, 1930, p. 85–87, fig. 41.1, pl. X (no. 505, 507)]. Напротив, Г. Уолтерс – создатель каталога греческих и римских ламп Британского музея – датировал дисковидные варианты с сердцевидным носиком III в. н.э. [Walters, 1914, p. 167–181], основываясь, однако, не на археологическом контексте, а на субъективных представлениях о морфологической эволюции светильников в греко-римском мире. Типы с розетками разного размера и разным количеством лепестков он отнес в к широкому интервалу I–III вв. н.э. [Walters, 1914, p. 166, 181, 189–190, pl. XXIV, XXVI, XXIX].

Д. Бейли, другой исследователь коллекции Британского музея, проанализировал италийские и провинциальные лампы (Эфес, Кизик, Книд, Кирена, Карфаген). Исходя из его атрибуции, разновидности с сердцевидным носиком, кольцеобразной ручкой, декорированным медальоном и гладкими плечами в основном относятся ко второй половине I–II вв. н.э., с гладким медальоном – к III–IV вв. н.э. (за редкими исключениями из Эфеса); варианты с одновременно украшенными плечами и медальоном, к которому можно отнести и лампу GN24/6010/2, – ко II – первой половине III вв. н.э. [Bailey, 1980, Q 1244bis, Q 1245; 1988, Q 1708, Q 1726–Q 1729, Q 1878–Q 1880, Q 2747, Q 2756, Q 3078–Q 3088, Q 3297].

В ходе археологических работ на территории современных Туниса и Ливии (римская провинция Проконсульская Африка, с 285 г. разделенная на провинции Зевгитана, Бизацена и Триполитания), было обнаружено значительное количество дисковидных ламп, в том числе с рассматриваемыми характеристиками – сердцевидным носиком и выкружным донцем. Предметы происходили как из италийских мастерских, так и были изготовлены местными гончарами. Их датировка в Сабрате (Ливия) определена концом правления династии Флавиев (69–96 гг. н.э.) и до III в. н.э. [Bailey, 1994, p. 170, 180, 190–191 (no. 278)]. Декорирование медальона ламп розеткой, по мнению Д. Бейли, в первую очередь было свойственно италийским лампам с треугольным волютообразным носиком времени Октавиана Августа, а во II в. н.э. распространилось на североафриканские изделия [Bailey, 1994, p. 158–185, fig. 36–38, 42, 44 (no. 81, 92–93, 99, 117, 136, 141–142, 205–206, 240)]. Украшение точками-зернами плеч матричных италийских и североафриканских ламп появилось в I в. до н.э. и имело место до III в. н.э. [Bailey, 1994, p. 154, 185, fig. 34–35, 45 (no.53–65, 244–245)].

В отличие от ливийских, найденные в Тунисе дисковидные лампы с сердцевидным носиком в целом датированы более широко II–IV вв. н.э. [Bonifay, 2004, p. 314–315, fig. 175]. С начала I в. н.э. местные гончары начали копировать образцы метрополии [Bonifay, 2004, p. 312]. Среди таких имитаций присутствуют дисковидные лампы I–II вв. н.э. с коротким или удлиненным носиком, с декором в виде серии окружностей на плечах [Bonifay, 2004, p. 313–317, fig. 176]. Эта разновидность орнамента использовалась в регионе и позже, до начала V в. н.э. [Bonifay, 2004, p. 334, 339–343, 348–349, fig. 187, 191.3, 192, 196]. Розетки встречаются на медальонах тунисских дисковидных ламп типа 4С (по М. Бонифай) II – первой четверти III вв. н.э. с сердцевидным носиком, ручкой и плоским, выделенным окружностью донцем [Bonifay, 2004, p. 317–322, fig. 179]. Имеются и более поздние варианты с розеткой середины III–IV в. н.э., но их донце выполнено в виде псевдокольцевого поддона [Bonifay, 2004, p. 330–334, 347, fig. 185–186, 194.1]. Во второй половине III в. н.э. на территории современного Туниса появляется разновидность светильников с гладким медальоном и декорированными плечами, нередко – серией окружностей [Bonifay, 2004, p. 334, fig. 187]. Ее аналоги, но уже из местных глин, обнаружены в Александрии (Ком эль-Дикка) в городских слоях позднего IV – раннего V вв. н.э. [Majcherek, 2011, p. 41, fig. 3 (no. 5206)].

В Египте дисковидные лампы с сердцевидным носиком, плоским выкружным донцем, с ручками или без оных, иногда с медальонами, украшенными розеткой, обнаружены в александрийском регионе и Дельте как на поселениях, так в некрополях Марины эль-Аламейн, Навкратиса⁹, Теренутиса; они отнесены ко II в. н.э. [ el-Sawy , Bouzek , 1979, p. 129–130, fig. 1–2 (no. 1991, 2147); Bailey, 1988, cat. Q2030–Q2032; Zych, 2004, p. 85–87, fig. 6–7].

В Александрии (Ком эль-Дикка), из жилого дома, датированного по керамике II–III вв. н.э., происходит морфологически схожий экземпляр местного производства, однако с медальоном, декорированным изображением египетских богов – Сераписа, Исида, Харпократа, Германубиса. В Навкратисе была обнаружена дисковидная лампа с сердцевидным носиком, медальон которой украшен изображением Сциллы [Thomas, 2015a, p. 11, fig. 29]. Все это иллюстрирует популярность как египетских богов, так и греческой культуры в указанное время, тогда как с IV–V вв. в декоре или маркировке терракотовых светильников начинает встречаться христианская символика, в том числе христограммы (см., например: [Petrie, 1905b, pl. LXVIII.40–46, 50, 52, 55, LXXIII.157]). Примечательно, что образы египетских богов помещались на дисковидных лампах I–III вв. н.э. неегипетского происхождения, обнаруженных во многих регионах Римской империи, как в метрополии, так и в африканских и европейских провинциях [Podvin, 2019, p. 107–117].

В Среднем Египте (Фаюм, Ихнасья эль-Медина) также выявлены рассматриваемые варианты дисковидных ламп, в том числе присутствуют разновидности с розеткой в медальоне или виноградными гроздьями на плечах. Они датированы II в. н.э. [Petrie, 1905b, p. 7, pl. LVI.6–8; Chrzanovski, 2019, p. 597].

В поселении Монс Клавдиан в Восточной пустыне, где базировался римский гарнизон, дисковидные светильники с сердцевидным носиком и розеткой на медальоне были найдены в слоях, датируемых по монетам и керамике временем Антонинов (96–192 гг. н.э.) и Северов (193–235 гг. н.э.). [Knowles, 2006, p. 93, no. 135–141, 145–146].