«Поднимись со своего левого бока...»: эволюция ингумации в Египте в III тыс. до н.э.

ПРОБЛЕМА ТЕРМИНОЛОГИИ И ИДЕНТИФИКАЦИИ

В египтологической литературе при публикации материалов некрополей для описания позы погребенного обычно используются термины эмбриональная / скорченная (foetal / fetal, contracted, Skelett mit angezogenen Knien), полускорченная (semi-contracted, Hockerlage, Hocker) и вытянутая (extended, ausgestreckter Lage). Первая действительно напоминает плотно сжатый человеческий эмбрион в утробе матери: возможно, такое положение тела умершего, обеспеченное его связыванием, обертыванием в шкуру животного, тростниковую циновку, ткань, или укладыванием в небольшую по размерам могильную яму, указывало, что смерть является возвращением к первоначальному состоянию человека, и, следовательно, переходом к его новому рождению. В равной степени эмбриональная поза могла имитировать сон младенца. Также высказывались предположения, что скорченная поза с пятками, подведенными под тазовые кости, воспроизводила человека, сидящего на корточках, отдыхающего, готовящего или принимающего пищу [Naville et al., 1914, p. 6].

Между всеми этими позами трупоположения есть множество переходных вариантов. Так, скорченная поза может быть сильно сжатой, с коленями у груди (как у погребений 36, 51 (рис. 1) и GE 49-1 в восточной Гизе [Kormysheva, Malykh, Vetokhov, 2012, p. 134, 174, fig. 49, 67, pl. XVIa, XXb; Kormysheva et al., 2015, p. 242, fig. 93, pl. XLVIb]), или менее сжатой, с коленями напротив живота (как у погребений G 2507 в западной Гизе и 54 в восточной Гизе (рис. 1), [Junker, 1950, S. 128, Abb. 58; Kormysheva, Malykh, Vetokhov, 2012, p. 196, fig. 83, pl. XXIIa]). Последний вариант можно отнести как к слабо скорченной, так и к полускорченной позам. Встречаются и смешанные варианты, когда, например, одна нога согнута под 45º, а другая – под 90º относительно позвоночника [Garstang, 1903, pl. XLIII; Bakr, 1992, p. 108, 112–113].

Такая же проблема идентификации наблюдается и с полускорченной позой, где у большинства индивидов бедренные кости располагаются под углом примерно 90º к позвоночнику, но у некоторых ближе или дальше от груди [Fisher, 1924, p. 118–122, 131–132], как будто покойный уложен сидящим на табурете (отсюда нем. Hockerlage¹). Пяточные кости могли быть подведены к тазу (как у погребений 27 и 54 в восточной Гизе (рис. 1)) или отдалены от него (погребения 50 и 53а восточной Гизы (рис. 1) [Kormysheva, Malykh, Vetokhov, 2012, p. 72, 130–133, 196, fig. 25, 48, 50, 83, pl. XV, XXIIa]). Иногда ноги умершего лишь слегка согнуты в коленях, что позволяет видеть здесь позу, близкую к вытянутой на боку (например, в западносаккарских погребениях 16, 22 и 24 (рис. 2) или G 2093 Е в западной Гизе [Fisher, 1924, p. 54; Myśliwiec et al., 2008, p. 62–78, pl. XXII, XXV–XXVI]). Отсюда происходит и путаница в описании ингумации в публикациях, когда иллюстрируемая чертежами и фотографиями скорченная поза в тексте названа полускорченной, а полускорченная вытянутой и т.п.² Говоря о захоронениях ранней IV династии в Мейдуме, У.М.Ф. Питри характеризует позу погребенных как “contracted”, но поясняет, что «колени обычно резко согнуты, а бедра, как правило, находились под прямым углом к телу, хотя иногда согнуты так сильно, что колени оказались всего в 6 дюймах [15,24 см. – С.М.] от позвоночника» [Petrie, 1892, p. 21]. Таким образом, речь одновременно идет и о скорченных, и полускорченных погребениях. С. Хассан, изучавший Центральный некрополь Гизы, и вовсе выделял лишь два способа ингумации – скорченный и вытянутый [Hassan, 1932, p. 40–60; 1941, p. 25–255], вероятно, из-за множества переходных вариантов. То же делал и в своих ранних публикациях материалов раскопок в Абусире М. Барта³.

Вытянутая поза ингумации могла быть как на левом боку, так и на спине, также как и ноги могли быть слегка согнуты в коленях (как в погребениях G 2081 Е и G 2085 С в западной Гизе, 22 в западной Саккаре (рис. 2) и R 89 в Рекакне [Garstang, 1904, p. 46, pl. XXIV; Fisher, 1924, p. 26, 33; Myśliwiec et al., 2008, p. 68–69, pl. XXV]). Голова редко располагается лицом вверх (например, в погребениях Дешаши [Petrie, 1898, p. 16–19]), но в основном на левой щеке, лицом на восток, что скорее говорит о преднамеренности такой позы, чем о ее изменении в процессе разложения тела.

Положение рук явно не регламентировалось – данные раскопок дают огромное количество вариантов независимо от трупоположения; руки могли быть согнуты перед лицом, грудью или животом, вытянуты вдоль тела, или одна рука согнута, другая вытянута [el Sawi, 1979, p. 63–64, 72; Bakr, 1992, p. 106–113].

Сохранность погребений также влияет на определение позы тела умершего. Учитывая, что значительная часть древнеегипетских некрополей была ограблена еще в древности, а многие неоднократно, статистические подсчеты по более или менее уцелевшим погребениям могут быть несколько искажены, поэтому в своих наблюдениях мы старались опираться на сведения о нетронутых или мало затронутых поздней человеческой деятельностью комплексах, в идеале снабженные чертежами и фотографиями. Казалось бы, если тело не сохранилось, то по габаритам деревянного гроба, каменного саркофага, места положения тела или погребальной камеры мы можем предположить, в какой позе оно было уложено. Если они предельно небольших размеров [например, 1,21 × 0,50 м у скальной камеры GE 49-1A, 0,88 × 0,50 м у сырцового склепа 36 в восточной Гизе, 0,86 × 0,63 м в G 3020 Е в западной Гизе [Kormysheva, Malykh, Vetokhov, 2012, p. 174, fig. 67; Kormysheva et al., 2015, p. 238, fig. 88; Fisher, 1924, p. 97–98, fig. 87]], то действительно мы можем говорить, что тело находилось в плотно сжатой скорченной позе. В остальных случаях это неочевидно: у нас имеется множество примеров, когда скелеты в скорченной или полускорченной позе занимают лишь небольшую часть камеры, размеры которой позволяли положить тела даже вытянутыми во весь рост [Fisher, 1924, p. 68–70, 111–112, 126–127]. Еще более показательными являются примеры нахождения скорченных и полускорченных тел в длинных деревянных гробах, дающих возможность разместить их более свободно, чего сделано не было [Petrie, 1892, p. 21; Petrie, 1898, p. 17; Myśliwiec et al., 2008, p. 250–254, pl. CCXXI– CCXXII; Reisner, 1942, p. 496, 499, fig. 303].

РАННИЕ ПОГРЕБЕНИЯ

Древнейшим «намеренным» захоронением на территории Египта на данный момент является среднепалеолитическое погребение ребенка 8–10 лет на холме Тарамса (в 2,5 км в юго-востоку от Дендеры), совершенное около 75 тыс. лет назад. Телу, помещенному в яму глубиной 1,2 м и ориентированному на восток, была придана скорченная сидячая поза, голова направлена к небу⁴.

Скорченная (эмбриональная) поза тела умершего была характерна для египетских погребений и в последующую неолитическую эпоху; при этом они могли устраиваться и на территории поселений, и в специально отведенных для этого местах – некрополях. Так, в ранненеолитической культуре Меримде (Нижний Египет, около 5000–4400-е гг. до н.э.⁵) покойные, завернутые в тростниковую циновку или шкуру животного, укладывались головой на юг, преимущественно на правом боку, реже – на левом, лицом на восток или запад соответственно. По мнению Г. Юнкера, лицо было обращено на очаг жилища, рядом с которым похоронен умерший [Junker, 1929, S. 189; Кеес, 2005, с. 38]. Для другой нижнеегипетской культуры эль-Омари (около 4700–4400 гг. до н.э.) характерна эмбриональная поза ингумации на левом боку, головой на юг, лицом на запад; тело заворачивали в циновку или шкуру, могли укладывать на носилки или ложе из жердей и циновок, а под голову помещать необработанный кусок известняка [Debono, Mortensen, 1990, p. 73; Grajetzki, 2003, p. 2]. На ранних стадиях нижнеегипетской культуры Буто-Маади (около 4000–3400 гг. до н.э.) овальные могильные ямы ориентировали по оси север-юг, в них находились завернутые в шкуры скорченные скелеты на левом или правом боку, головой на север (к поселению) или юг [Rizkana, Seeher, 1990, p. 25; Grajetzki, 2003, p. 2, fig. 4]. В поздней фазе этой культуры произошла унификация погребального обряда: стала доминировать поза на правом боку, головой на юг, лицом на восток [Rizkana, Seeher, 1990, p. 101], что можно связать с влиянием культуры Нагада.

Ранненеолитическая культура Бадари в Верхнем Египте (около 4400–3800 гг. до н.э.), некрополи которой найдены в Матмаре, Мостагедде, Кау, Бадари, Хаммамийе и др., практиковала захоронение своих покойников в овальных могильных ямах, устланных циновками; тела, завернутые в циновки или шкуры, на левом боку, головой на «локальный юг» (т.е. географический юго-восток) и лицом на запад (иногда – на северо-северо-запад) [Brunton, 1937, p. 43–44; Кеес, 2005, с. 36–37], т.е. на заход солнца и местоположение мира мертвых [Raven, 2005, p. 41]. Как отметил М.Дж. Равен, ось восток-запад связана с движением солнца, а север-юг со звездным небом и Полярной звездой, но часто ориентация погребений и храмов была сопряжена с направлением течения Нила, которое определяло «культовый» юг и север, в том числе в тех областях, где река отклоняется от своей основной траектории [Raven, 2005, p. 38–39].

Когда на смену культуре Бадари постепенно стала приходить культура Нагада I (около 4000–3600 гг. до н.э.), форма ингумации отличалась от некрополя к некрополю. Общей чертой была овальная или круглая могильная яма, эмбриональная поза и обертывание тела тростниковой циновкой или шкурой. При этом в эль-Амре зафиксирована ингумация на правом боку, головой на юг, лицом на восток, иногда на плетеных носилках [Randall-MacIver, Mace, 1902, p. 9, 14], тогда как в собственно в Нагаде – на левом боку, головой на юг, лицом на запад [Spencer, 1993, p. 28; Кеес, 2005, с. 37]. В Махасне тела на левом боку могли быть ориентированы головой как на юг, так и на север [Ayrton, Loat, 1911, p. 4–5].

В период Нагада II (около 3600–3350 гг. до н.э.), наряду с овальными, появляются прямоугольные могильные ямы, выложенные сырцовым кирпичом, но внутри по-прежнему тела в скорченной позе, на левом боку, головой на юг, лицом на запад [Spencer, 1993, p. 36; Dodson, Ikram, 2008, p. 133]. Такая же ориентация сохранялась и в период Нагада III или «Нулевой» династии (около 3350–3032/2982 гг. до н.э.), при этом тела были уложены как в скорченную, так и, иногда, в менее компактную полускорченную позу, как например, в Абидосе [Peet, 1914, p. 14–18, pl. II]. Отклонения ориентации в отдельных некрополях, в частности, в эль-Кабе и Иераконполе, расположенных примерно в 80 км южнее Луксора, можно связать с направлением Нила, который в этом регионе течет не с юга на север, а с юго-востока на северо-запад [Hendrickx, 1984, p. 225–226; Friedman et al., 1999, p. 5–6].

Весьма характерно, что в позднедодинастическом некрополе в Гелиополе тела располагали иначе: на левом боку, головой на север, лицом на восток [Debono, 1954, p. 628, pl. 2–3]. «...Когда культ солнца в Гелиополе начал решительно влиять на близлежащую резиденцию, распространился обычай хоронить умерших лицом не на запад, не на древнюю страну мертвых, а на восток, т. е., соответственно, головой на север, а не на юг; эти изменения правомерно связывать с влиянием гелиопольского учения... Расположение умершего лицом на восток давало ему возможность видеть солнце, поэтому на ложной двери гробницы, которая встраивалась в западную стену культового помещения и открывала доступ к обители мертвых, а также на боковой стенке деревянных саркофагов, изображались глаза. И они помогали мертвому смотреть на восток, откуда приходил жертвователь с дарами...» [Кеес, 2005, с. 50].

Новая погребальная традиция ориентировать тело умершего в скорченной или полускорченной позе головой на север, лицом на восток постепенно распространилась на все раннединастические некрополи Нижнего и Верхнего Египта, что видно по материалам Телль эль-Фархи, Лахуна (Башкатиб), Абидоса [Peet, 1914, p. 31–32, pl. VII; Petrie, Brunton, Murray, 1923, p. 21–24, pl. XLI–XLIII; Dębowska-Ludwin, 2011, p. 30–31, pl. 1.1; Rosińska-Balik, 2013, p. 43–46, pl. 2–3].

Постепенный процесс перехода к иной ориентации тела иллюстрируется раскопками У.М.Ф. Питри в Тархане и Туре. Так, для позднедодинастических погребений (о.д. 77⁶) в основном характерно трупоположение на левом боку (на правом – редко), головой на юг, лицом на запад, реже – головой на запад, лицом на север. С о.д. 78 (время царя Нармера) появляется ориентация головой на север или восток, однако последняя не получила распространения. К о.д. 82 (правление Каа, последнего царя I династии) количество погребений головой на север увеличивается прямо пропорционально уменьшению ингумации головой на юг, а головой на запад почти перестает практиковаться. Таким образом, к концу I династии доминирующей становится ориентация головой на север, лицом на восток [Petrie, Wainwright, Gardiner, 1913, p. 5].

Согласно материалам из некрополей Верхнего и Нижнего Египта, в эпоху Раннего царства (I–II династии, ок. 3032/2982–2707/2657 гг. до н.э.), преимущественной позой тел умерших в захоронениях, независимо от их социального статуса, пола и возраста, была скорченная, иногда – полускорченная, на левом боку, головой на север, лицом на восток. Следы мумификации отсутствуют, однако некоторые тела были обернуты бинтами и помещены в большие деревянные гробы, по форме напоминающие жилища (в случае знати), либо простые деревянные ящики (в случае слуг и ремесленников). Реже, в погребениях слуг и крестьян, все еще встречается архаичная форма ингумации – на левом боку, но головой на юг, лицом на запад, иногда – головой на запад или восток, лицом на север или юг соответственно; тело могло быть положено на циновку или помещено в деревянный ящик в овальную или прямоугольную могильную яму [Petrie, 1900[1], p. 14; 1901[1], p. 13; 1902, p. 15–16, 20; 1907, p. 4; Petrie, Wainwright, Gardiner, 1913, p. 10; Emery, 1954, p. 26–37, 143–158; 1958, p. 46–48, 104; 1961, p. 134–153]. Как справедливо отметил А.Дж. Спенсер, бедные погребения сохраняли старые обычаи намного дольше [Spencer, 1993, p. 71], однако, как подчеркнул У.Б. Эмери, уже к середине I династии и низшие категории населения перешли на ингумацию на левом боку, головой на север, часто – в деревянных гробах⁷.

Что касается вытянутой формы трупоположения, то древнейшие косвенные свидетельства относятся ко времени II династии, по крайней мере, в одной из саккарских гробниц этого периода обнаружен деревянный гроб, по габаритам соответствующий данной позе тела умершего [Emery, 1961, p. 131–132, fig. 77, pl. 24b]. Однако, как мы писали в начале статьи, это не может быть достоверным указанием на форму ингумации. Как отметил А.Дж. Спенсер, «изменение скорченной позы на вытянутую непосредственно связано с введением более сложных бальзамирующих технологий, ведь вынимать органы было проще из вытянутого, а не скорченного тела... Вытянутая поза появляется в богатых погребениях – т.е. у тех, кто мог себе позволить оплатить мумификацию» [Spencer, 1982, p. 37]. С последним коррелирует идея Г. Кееса, что «захоронение в сидячей позе (т.е. полускорченной⁸. – С.М.) ушло в прошлое только тогда, когда появилась возможность сооружать большие каменные саркофаги в царских гробницах Старого Царства в Мемфисе (начиная с правления Снофру); позже новый обычай был воспринят и в провинции...» [Кеес, 2005, с. 26]. Однако такие объяснения причины смены позы ингумации со скорченной на вытянутую из-за начала выемки внутренностей для обеспечения сохранности тела представителей элиты не всегда согласуются с данными археологии, например, М.И. Бакр отмечал отсутствие в вытянутых погребениях каноп или иных сосудов для хранения вынутых органов [Bakr, 1992, p. 116].

ИНГУМАЦИЯ В ЭПОХУ ПИРАМИД

Некрополи начала Древнего царства – времени III династии (ок. 2707/2657–2639/2589 гг. до н.э.) выявлены в Саккаре, южном Абусире, Тархане, Кафр Аммаре, Мейдуме, Рекакне, Бейт Халлафе, Абидосе, Дендере, эль-Кабе и других местах, однако они изучены и опубликованы с разной степенью подробности. Имеющиеся в нашем распоряжении сведения позволяют говорить о том, что в большинстве случаев (от 71 до 93 %) умерших размещали на левом боку, головой на «локальный север» (привязанный к направлению течения Нила), лицом на «локальный восток», а доминирующей позой тела по-прежнему была скорченная [Quibell, 1898, p. 3–13; Petrie, 1900[1], p. 14; 1900[2], p. 5; Petrie, Mackay, Wainwright, 1910, p. 29–35; Petrie, Wainwright, Gardiner, 1913, p. 26–27; Petrie, Mackay, 1915, p. 8–9, pl. XVI–XVII; Garstang, 1903, p. 14–15; 1904, p. 45–52; Peet, Loat, 1913, p. 10–17; Bárta et al., 2010, p. 257–264].

Северный некрополь в Мейдуме представляет собой грунтовый могильник, где тела уложены в небольшие ямы, иногда в деревянных, плетеных или керамических гробах: в 39 случаях поза эмбриональная, и лишь в 6 – полускорченная, голова обращена на север, лицо – на восток у всех, кроме четырех, размещенных головой на запад, лицом на север. У многих сохранились остатки ткани или одежды, а под головой мог быть деревянный подголовник, а иногда и просто сырцовый кирпич. Детские тела нередко помещались в корзины из тростника или папируса [Petrie, Mackay, Wainwright, 1910, p. 29–35].

Некрополи III – ранней IV династии в Абидосе (кладбище D) и Рекакне (в 35 км к северо-западу от Абидоса) показывают, что и здесь скорченная поза все еще превалировала над полускорченной, а вытянутая на левом боку или на спине единична [Garstang, 1904, p. 46, 49 (R 71, R 89)]. Погребения были совершены как в шахтах мастаб, так и сырцовых склепах и грунтовых ямах, преимущественно на левом боку, головой на север, лицом на восток (93 % в Абидосе и 71 % в Рекакне) [Garstang, 1904, p. 45–49; Peet, Loat, 1913, p. 10–17]. Некоторые скорченные тела взрослых и детей были найдены в мастабах или простых могилах под большими керамическими сосудами-чанами и корзинами, и именно на них в основном приходятся случаи иной ориентации тел – на левом боку, головой на юг, или на правом боку, головой на юг, юго-восток или северо-восток. Дж. Гарстанг предположил, что «тело сперва втискивали в сосуд, а затем сосуд переворачивали, полностью пренебрегая сторонами света» [Garstang, 1904, p. 46, 49–52, pl. XXVI (R 55, R 56, R 70); Peet, Loat, 1913, p. 11–14].

Т.Э. Пит и У.Л.С. Лоат обратили внимание, что в абидосских захоронениях в небольших мастабах кладбища D времени III–IV династий «сжатие тел было гораздо менее плотным, чем в грунтовых могилах. На первый взгляд может показаться, что причина этого – бóльшие размеры гробничных камер, но она не единственная, поскольку если бы ритуал по-прежнему требовал плотного сжатия тела, то размеры погребального пространства не имели бы значения. Факты таковы, что в Абидосе, как и в других частях Египта, обычай хоронить в плотно скорченной позе постепенно отходил на второй план, и более высокопоставленные владельцы гробниц стремились к полностью вытянутому положению тела, что позже стало копироваться и бедняками... На кладбище D плотное сжатие тела уступает место свободному, в то время как на кладбище E (VI династия) последнее, в свою очередь, постепенно заменяется совершенно вытянутым» [Peet, Loat, 1913, p. 15–16].

Возвращаясь к некрополю в Мейдуме, где находится каменная пирамида, завершенная или полностью возведенная царем Снофру, основателем IV династии, следует отметить, что при несомненном преобладании левобокой ориентации головой на север, лицом на восток, мы видим ту же эволюцию ингумации, что в Абидосе и Рекакне – уменьшение количества эмбриональных погребений за счет увеличения полускорченных и появления вытянутых на левом боку. Последние характерны для царских родственников, захороненных в больших мастабах из сырцового кирпича, в том числе сыновей Снофру царевичей Ранефера и Нефермаата, тела которых были подвергнуты мумификации [Petrie, 1892, p. 17–21; Petrie, Mackay, Wainwright, 1910, p. 10, 12, 19, 26].

В главном царском некрополе IV династии – в Гизе, в мастабах Западного и Центрального плато, принадлежавших царским родственникам и высшей знати, процент обнаружения сохранных и частично потревоженных погребений невелик, однако имеющиеся данные указывают, что преимущественной позой ингумации была вытянутая на левом боку или спине, головой на север [Hassan, 1932, p. 40–58, 63; 1936, p. 3; 1953, p. 4, 9–10; Junker, 1938, S. 224; Reisner, 1942, p. 416, 452, 471; Hawass, 1992, p. 331], но скорченная и полускорченная также продолжали бытовать как во времена IV, так и V династий [Reisner, 1942, p. 409, 411, 492, 496, 499, 503, 506, 513–514], однако эти архаичные позы трупоположения скорее были характерны для средних и низших слоев населения [Grajetzki, 2003, p. 15], включая жрецов и чиновников, их родственников, мастеров и рядовых работников, что наглядно видно на материалах шахтных погребений конца IV–V династий на Центральном плато Гизы и «Кладбища строителей пирамид» в юго-восточной Гизе (IV–V династии) [Hassan, 1941, p. 255; 1950, p. 182–184; Hawass, 1998, p. 191–192; 2004, p. 34–37; 2009, p. 132–134].

Количественные подсчеты данных по погребениям времени правления V–VI династий (ок. 2504/2454–2216/2166 гг. до н.э.), при их значительной мозаичности, все же весьма наглядны. Наши ожидания, что скорченная и полускорченная позы тела умершего постепенно будут заменены вытянутой как в гробницах элиты, так и в могилах рядовых лиц, не оправдались. Независимо от расположения некрополя в столице или провинции суммарная доля скорченных и полускорченных погребений превышает количество вытянутых даже на кладбищах, находящихся вокруг царских пирамид в Гизе, Абусире и Саккаре⁹. Например, на кладбище времени V–VI династий в западной Гизе на 23 эмбриональных и 100 полускорченных погребений приходится 26 вытянутых на спине или левом боку [Steindorff, Hölscher, 1991, S. 15–110]. На соседнем участке зафиксировано 20 скорченных, 3 полускорченных и всего одно вытянутое на спине захоронение [Abu-Bakr, 1953, p. 84, 97; Handoussa, Brovarski, 2021, p. 90–292]. На кладбище G 3000 число скорченных и полускорченных погребений примерно одинаково (37 и 39 соответственно), а вытянутых на левом боку всего 5 [Fisher, 1924, p. 21–132].

Аналогичная картина по разнообразию вариантов трупоположения наблюдается и на Восточном плато Гизы в комплексах, изученных российской экспедицией. Так, в «малом некрополе» времени V–VI династий у скальной гробницы Хафраанха, сформированном шахтами и склепами, было выявлено 7 эмбриональных, 4 полускорченных и 3 вытянутых захоронения [Kormysheva, Malykh, Vetokhov, 2012, p. 72, 126–135, 166–174, 180–181, 196–205, 250, fig. 25, 47–50, 66–68, 83–84, 106, pl. II, XIIc, XV–XVI, XXb, XXII–XXIV], тогда как в расположенном южнее шахтном «малом некрополе» у скальной гробницы Ченти I вытянутых погребений не обнаружено вовсе, эмбриональных – 2, полускорченных – 5 [Малых, 2019[2], с. 44]. При этом в собственно скальных гробницах середины V–VI династий на восточной оконечности Восточного плато Гизы из относительно сохранившихся захоронений 6 – в скорченной позе, 4 – в полускорченной и всего 2 – в вытянутой на левом боку или на спине [Kormysheva et al., 2015, p. 242, fig. 93, pl. XLVIb; 2018, p. 137, 165–169, pl. LXXIII–LXXIV, LXXIXb, LXXXIb, LXXXIII–LXXXIV; 2021, p. 43, 50–56, 62, fig. 30–34, pl. XXVIb, XXXVb, LXVIIc, LXX–LXXII]. Если же ориентироваться на размер погребальных камер (а выше мы уже говорили, что это достаточно спорный критерий), то показатели по этим гробницам все равно наглядны: 21 камера теоретически способна была вместить вытянутую ингумацию, 22 и 14 камер были пригодны только для эмбриональной и полускорченной формы трупоположения.

Что касается пространственной ориентации захоронений на Восточном плато Гизы, то подавляющая их часть (93–100 %) размещена традиционно – головой на север, лицом на восток. Лишь четырежды зафиксирована ингумация головой на запад, лицом на север, на левом боку в скорченной или полускорченной позе – в шахтных погребениях GE 19-8A, GE 58-4В, GE 40В и склепе 36 в «малом некрополе» перед гробницей Хафраанха [Kormysheva, Malykh, Vetokhov, 2012, p. 174, fig. 67, pl. XXb; Kormysheva et al., 2018, p. 137, 168–169, pl. LXXIII–LXXIV, LXXXIb, LXXXIV; 2021, p. 56, fig. 15, 34, pl. XXXVb]. Пятым случаем, видимо, можно считать погребение в камере GE 19-9А: несмотря на отсутствие останков, уничтоженных грабителями еще в древности, прямоугольное углубление под полускорченное тело было высечено в материковой скале по оси восток-запад [Kormysheva et al., 2021, p. 19, fig. 21]. Случай с погребением 36 (рис. 1) весьма показателен: тело женщины 30–34 лет в плотной скорченной позе было буквально втиснуто в сырцовый склеп между соседними погребениями 34/35 и 37. При этом оно было согнуто таким образом, что, несмотря на формальное положение по оси запад-восток, голова оказалась направленной на север, а лицо – на восток. В остальных эпизодах трудно объяснить причину иного расположения тел, возможно, в этом повинна нехватка свободного скального пространства или соображения экономии материальных затрат на вырубку погребальных камер, возможно, это было банальной ошибкой мастеров-камнерезов, вырубивших небольшие по габаритам скальные помещения с неправильной географической ориентацией.

В гробницах южного Абусира середины V–VI династий скорченных погребений – 8, полускорченных – 13, вытянутых на спине – 5 [Barta, 2001, p. 33–43, 124–139, 188; Bárta et al., 2009, p. 77, fig. 5.2.39; 2010, p. 235, 243, 252]. Все ориентированы традиционно, кроме двух: в шахте 1 гробницы 2 у мастабы Каапера тело в полускорченной позе было размещено головой на запад и лицом на север; во втором случае в шахте 1 гробницы I тело в эмбриональном положении лежало головой на восток и лицом на юг, поперек места погребения [Bárta, 2001, p. 124, 188, fig. 3.26]. Последний эпизод заставляет заподозрить, что в смещении тела виновны древние грабители.

Только в некрополе финальной части Древнего царства и начала Первого Переходного периода в западной Саккаре наблюдается заметное сокращение числа эмбриональных погребений – всего 2 случая из 45, отнесенных к Первому Переходному периоду: тела на левом боку лежали на циновке из пальмовых листьев, но были ориентированы в одном случае головой на юг и лицом на запад, в другом случае головой на восток, лицом на юг [Myśliwiec et al., 2008, p. 66–70, pl. XXIII]. Превалирующей была полускорченная поза ингумации (24 случая); вытянутых захоронений на левом боку и на спине было меньше (8 и 11 соответственно), причем основная часть последних сконцентрирована в шахтных погребениях сырцовых мастаб времени VI династии [Myśliwiec, Kuraszkiewicz, 2010, p. 95–106; Kuraszkiewicz, 2013, p. 29–183], тогда как в грунтовом могильнике в т.н. «Сухом рве», датированном концом Древнего царства – Первым Переходным периодом, погребальный обряд представлен преимущественно полускорченным трупоположением (16 случаев из 22, рис. 2) [Myśliwiec et al., 2008, p. 52–265]. 87 % захоронений в скальных шахтах размещены традиционно, иная ориентация редка: в двух случаях полускорченные тела лежали на правом боку, лицом на запад. В одном случае полускорченное тело на левом боку было обращено головой на запад, лицом на север [Kuraszkiewicz, 2013, p. 31–32, 107–109, 152–153, fig. 4], при этом прямоугольная камера была высечена в скале с традиционной ориентацией север-юг, но скелет располагался перпендикулярно, а череп был смещен. Возможно, как и в Абусире, древние грабители перевернули тело, изначально уложенное согласно утвердившемуся обряду.

Неожиданно много (50 %) погребений с иным географическим расположением было обнаружено в «Сухом рве»: некоторые были найдены в деревянных гробах вытянутыми на левом боку, головой на юг, или на спине, головой на запад; другие в полускорченной позе лежали на левом боку, головой на восток, юг, юго-запад и запад, и, соответственно, лицом на юг, запад и север; третьи – на правом боку, головой на север и лицом на запад или головой на запад и лицом на юг. Необычную ориентацию по сторонам света, при сохранении традиционной формы трупоположения, польские исследователи связали с тем, что позднее гроб был перемещен грабителями вместе с телом [Myśliwiec et al., 2008, p. 52–54, 62–65, 112–114, 172–174, 181–182, 263–265], однако это не объясняет ингумации на правом боку. Более того, нам кажется сомнительным, что маргиналы, активно промышлявшие грабежом могил, затрудняли себя выкапыванием и переносом деревянных гробов. Скорее, они разрывали захоронения не полностью, а стремились добраться до верхней половины тел, где могли располагаться ценные для них предметы, например, диадемы, широкие ожерелья-оплечья, зеркала и т.д. И тогда девиантную ориентацию погребений скорее можно связать с эпохой социально-экономической и политической нестабильности в Египте, как раз имевшей место в конце Древнего царства и Первом Переходном периоде. Косвенным аргументом, подтверждающим нашу теорию, могут служить хронологически синхронные разноориентированные захоронения в Бубастисе и Балате (оазис Дахла), размещенные головой на юг или запад, или уложенные головой на север, но на животе и лицом вниз [el Sawi, 1979, p. 64 (№ 139); Bakr, 1992, p. 112–113 (№ 18); Gobeil, 2009, p. 163–168 (№ 36, 437, 2677)]. В случае с детскими захоронениями в Балате С. Гобейл предположил, что «эмбриональная поза связана с религиозными концепциями, тогда как выбор направления при размещении тела был скорее спонтанным» [Gobeil, 2009, p. 168].

В отличие от столичной мемфисской области, в провинции ситуация неоднородна и меняется от некрополя к некрополю. Так, в Бубастисе, расположенном в юго-восточной Дельте, данные по «Западному некрополю» второй половины V династии иллюстрируют линейную эволюцию погребального обряда и демонстрирует переход к вытянутой на спине позе (19 случаев) и сокращение числа полускорченных и скорченных погребений (11 и 2 соответственно). При этом в одной и той же семейной гробнице умершие могли быть уложены по-разному, что заставило М.И. Бакра говорить об «индивидуализме погребальных обычаев» [Bakr, 1992, p. 106–115].

Схожая ситуация наблюдается в шахтных погребениях Дешаши поздней V и VI династий: доминирует вытянутая на спине ингумация, головой на север (14 случаев), тогда как скорченная и полускорченная встречаются реже (2 и 6 случаев соответственно) [Petrie, 1898, p. 16–19; 1900[1], p. 14]. В гробницах VI династии в Тархане и Дендере обнаружены захоронения лишь в вытянутой позе, ориентированные традиционно [Petrie, 1900[2], p. 8, 10; Petrie, Wainwright, Gardiner, 1913, p. 27].

Верхнеегипетский некрополь N 500–900 в Нага эд-Дейре, содержавший шахтные погребения, склепы и грунтовые погребения V–VI династий, напротив, показывает, что предпочтительной позой, которую придавали телам умерших, была полускорченная (109 случаев); вытянутая на левом боку и спине встречается реже (33 случая), а эмбриональная достаточно эпизодична (13 случаев). При этом 21 % захоронений имеет атипичную для этого времени ориентацию – на левом боку, но головой на локальный «восток», «юг» и «запад», или на правом боку, головой на «север», «восток» или «юг» [Reisner, 1932, p. 266–364].

Схожая картина складывается и по кладбищам времени VI династии в Абидосе, где преобладает полускорченная ингумация на левом боку (84 случая), скорченная отсутствует, на вытянутую приходится 58 случаев (52 – на спине, 6 – на левом боку). При этом доминирует традиционное размещение тел головой на «речной север» – от 90 до 95 %; оставшаяся небольшая доля приходится на правобокую ингумацию головой на север [Naville et al., 1914, p. 21–23; Peet, 1914, p. 19–23, 76–79].

Обширный некрополь времени VI династии – Первого Переходного периода в Махасне мог бы стать наглядной иллюстрацией провинциального погребального обряда в финальной части эпохи Древнего царства, так как содержал «всего 500 или 600 погребений», однако Дж. Гарстанг, раскапывавший этот памятник в начале XX в., предоставил информацию лишь по наиболее примечательным захоронениям, 9 из которых были совершены в полускорченной позе, 5 – в вытянутой, и одно – в эмбриональной, все головой на север [Garstang, 1903, p. 28–32, pl. XLIII]. Трудно сказать, насколько эта статистика отражает реальное состояние дел, но, по крайней мере, в процентном соотношении она соответствует данным по Нага эд-Дейру и Абидосу. В то же время, в грунтовом могильнике времени VI династии в Зараби (южнее Асьюта, Верхний Египет) все варианты ингумации были почти одинаково популярны: 16 скорченных, 18 полускорченных и 22 вытянутых захоронений, размещенных головой на север, лицом на восток [Petrie, 1907, p. 10].

СУТЬ ЛЕВОБОКОЙ ИНГУМАЦИИ

Итак, на всем протяжении эпохи Древнего царства существовало три варианта ингумации – скорченная (эмбриональная), полускорченная и вытянутая, причем преобладало трупоположение на левом боку, головой на север и лицом на восток. Вытянутая поза на левом боку или на спине постепенно стала все более популярной, но изначально была приурочена к погребениям египетской элиты – царских родственников и высшей знати. Отсутствие сохранившихся нетронутыми царских погребений¹⁰ позволяет лишь гипотетически предполагать, что она была присуща в первую очередь им, и лишь во вторую – элитарным захоронениям.

В то же время в египетских «Текстах пирамид» VI династии есть примечательные замечания о посмертной сущности царского тела в гробнице, при этом неоднократно упоминается его левый бок. Так, в изречении PT 662 текстов пирамиды Пепи II говорится: «Отец Пепи Неферкара, встань, возьми себе эту прохладную воду, что происходит из Ахбит! Встань ты в своих гробницах, развяжи свои пелены! Стряхни песок со своего лица, [Пепи Неферкара]! Поднимись со своего левого бока и обопрись на правый! Подними свое лицо и посмотри, что я для тебя сделал!» [Allen, 2005, p. 272 (N 388)].

В других вариантах «Текстов пирамид» имеются схожие версии приведенной фразы¹¹, в том числе: «О, Нейт! Подними себя! Сдвинь себя с левого бока; обопрись на правый бок. Ты будешь сидеть на престолах Солнца, чистая, (прислонившись) спиной к стене и (положив) свою руку на свой жертвенник, (где лежит) твоя тысяча хлебов, твоя тысяча кувшинов с пивом, твоя тысяча голов быков, твоя тысяча кусков мяса птицы, твоя тысяча видов всякого рода одежды, твоя тысяча всего, что вкушает бог, твоя тысяча “великого хлеба”, с Хором посреди большого зала. Ты должна съесть переднюю ногу, подать себе бедро и схватить ребра с бойни Хора, [чтобы быть] прочной на протяжении вечности» [Allen, 2005, p. 324–325 (Nt 242)].

Перемещение с левого на правый бок связывается с ритуалами воскрешения и присоединения царя к сонму богов. Причем левая сторона тела царя в «Текстах пирамид» связана с Сетом, а правая – с Хором (PT 359): «Лицо Тети было омыто богами, мужчинами и женщинами: Имсети, Хапи, Дуамутеф и Кебехсенуф (омыли) правую сторону Тети, что есть Хор; (на) барке Джендеру, на передней ее части у двух папирусных колонн, Нефтида и Хенти-ирти (омыли) левую сторону Тети, что есть Сет» [Allen, 2005, p. 77 (Т 181)]. Соответственно, ритуал подъема царя с левого бока и его перемещение на правый бок, вероятно, означает отождествление с Хором и присоединение царя к нему.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Совокупность исторических источников показывает, что в эпоху Древнего царства, при несомненном увеличении случаев «новой» вытянутой ингумации, архаичные варианты – полускорченная и скорченная позы трупоположения – продолжали существовать, причем не в качестве рудиментарных обрядов, а вполне жизнеспособных и приуроченных не только к периферийным областям, но и привилегированным припирамидным некрополям. Более того, заметно стремление уложить покойного на левый бок, даже если телу придана вытянутая поза. Чем можно объяснить сохранение архаичных форм захоронений? Изучая мейдумский некрополь, У.М.Ф. Питри отметил, что «скорченное погребение не было связано с экономией места, и это видно по многим гробницам, в которых тело не занимает всего пространства камеры [Petrie, 1892, p. 21]. Г. Кеес, напротив, предположил что «из-за запустения царских некрополей, отдаленных от дворца, вновь стало необходимым, из соображений экономичности, хоронить умерших в сидячей позе, часто даже без саркофагов. Это можно наблюдать в Гизе, в погребальных комплексах V–VI династий, в Саккаре – с конца VI династии, в провинции – в период крушения Старого Царства это несомненный признак лишений» [Кеес, 2005, с. 26].

На самом деле объяснение Г. Кееса не соответствует действительности: невозможно говорить о приходе в упадок ни провинциальных, ни столичных некрополей при V и в первой половине VI династий. Этот хронологический интервал следует охарактеризовать как время их активного функционирования и уплотнения, выразившегося в застройке прежде пустых пространств между старыми гробницами, устройством шахт с несколькими погребальными камерами и т.д. Особенно наглядно этот процесс наблюдается в Гизе, где «улицы» между каменными мастабами IV – ранней V династии были заполнены сырцовыми постройками, скальные обрывы испещрены гробницами и отдельными шахтными погребениями [Малых, 2014; 2017, с. 538–539]. Для провинциальных некрополей время правления VI династии можно считать эпохой расцвета, вызванной усилением номовой знати, повлекшей за собой как увеличение количества гробниц в эль-Хававише, Шейх-Саиде, Мейре, Шаруне, Куббет эль-Хаве, Балате и др., так и усложнение их архитектуры и художественного оформления [Alexanian, 2016, S. 17–20, 184–186, 214–215, 220–222, 255–273]. Лишь в конце VI династии в этой сфере наметился упадок¹².

Что касается географической ориентации тел, то для эпохи Древнего царства она в целом была унифицирована: во всех некрополях этого времени преобладает, независимо от позы тела, ингумация головой на север, лицом на восток (от 75 до 100 % погребений). Это направление старались соблюдать, даже когда покойного размещали в вытянутой позе на спине: нередко голова была не лицом вверх [хотя и такие случаи есть [Petrie, 1898, p. 16–19; Bakr, 1992, p. 111; Brovarski, 2000, pl. 54a]], а лежала на левой щеке как бы смотрящей на восход солнца¹³.