«Я давал зерно моему городу»: упоминания о раздачах продовольствия в VI верхнеегипетском номе в Первый переходный период
“I gave grain to my city”: on the issue of food donations in the VIth Upper Egyptian nome in the First Intermediate Period
Ключевые слова: Древний Египет, Первый переходный период, Дендера, кладбищенские жизнеописания, голод, раздачи продовольствия
Аннотация
В статье рассматриваются упоминания о массовых раздачах продовольствия, встречающиеся в кладбищенских жизнеописаниях из дендерского нома времени Первого переходного периода. О этом говорится в надписях «царева казначея, друга единственного» Нефериу, «(царева) друга единственного» Хорнахта, «царева казначея, жреца-чтеца, военачальника» Шенсечи и «(царева) друга единственного», имя которого не сохранилось – владельца фрагментов № 2897+2869 в Музее Университета Манчестера. Хоть эти тексты уже рассматривались в связи с проблемой нехватки продовольствия, ученые почти не уделили внимания их контексту: должностному статусу их владельцев, особенностям соответствующих кладбищенских памятников. Между тем, такого рода данные позволяют по-новому взглянуть на побудительные мотивы похвальбы щедрой продовольственной помощью в дендерских жизнеописаниях.
Вопреки широко принятой гипотезе Х.К. Морено Гарсии, перечисленные тексты не имели целью противопоставить процветание Дендеры якобы царящему вокруг нее «хаосу», чтобы тем самым восславить «деятельность местных правителей ради легитимации их власти». В них не утверждается, будто за пределами Дендеры царят хаос и голод, и они не принадлежат «местным правителям»; напротив, служебный статус Нефериу, Хорнахта и Шенсечи был сравнительно низким. Вместе с тем, владельцы этих надписей похваляются богатством и, по меркам Дендеры той эпохи, их кладбищенские памятники выглядят очень дорогостоящими. Трое из них даже воздвигли себе мастабы, являвшиеся тогда знаком богатства и элитарного статуса. Автор предполагает, что рассказы о щедрых раздачах продовольствия включены в жизнеописания ради обоснования морального права их «низкоранговых» владельцев на кладбищенский памятники, казавшиеся тогда излишне роскошными для лиц, не занимающих высших должностей в местной администрации.
Keywords: Ancient Egypt, First Intermediate Period, Dendera, autobiographies, famine, food donations
Abstract
The paper scrutinizes written sources on large-scale food donations in the Denderite nome in the First Intermediate Period. These are the inscriptions of the “royal seal-bearer, sole companion” Neferyu, the “sole companion” Hornakht, the “royal seal-bearer, lector-priest, overseer of soldiery” Shensetji, the “sole companion” whose name is destroyed – the owner of Manchester University Museum fragments 2869+2897. Treating these texts in connection with the issue of food shortages, scholars have not paid much attention to their context ̶ official statuses of their owners, peculiarities of the monuments, etc. Meanwhile, such data cast a new light on incentives for boasting of making lavish food donations in Denderite autobiographies.
The inscriptions in question do not conform to the widely embraced theory by J.C. Moreno Garcia that the theme of food shortages was introduced in autobiographies with the purpose “to detach a territory from the surrounding chaos and to extoll the activities of local governors”, and that it was “restricted to the spheres of the provincial governors”. None of the inscriptions under discussion assert that there is chaos and famine outside of Dendera, and the official statuses of Neferiu, Hornakht and Shensetji are relatively low.
At the same time, the funerary monuments of the persons in question look very expensive; three of them even owned mastabas which at Dendera of that time was an indicator of wealth and elite status. The author argues that these Denderites highlighted their generous food donations primarily in order to justify their moral right to their monuments which otherwise would have seemed far too sumptuous for the persons not belonging to the administrative elite.
Несмотря на то, что в древнеегипетских кладбищенских жизнеописаниях Старого царства (XXVIII–XXIII вв. до н.э.) встречается «формула милостыни» «я давал хлеб голодному, пиво жаждущему»1, упоминаний о массовых раздачах продовольствия – например, жителям целой деревни, города или нома – в них нет. Такие сообщения появляются лишь в Первый переходный период (XXII–XXI вв. до н.э.), примерно в то же время, что и упоминания об ущербных разливах Нила, острой нехватке продовольствия и т.п. В ряде надписей эти события соединяются: массовые раздачи продовольствия предстают спасением для жителей поселения или нома в голодный год. Принято поэтому рассматривать все сообщения такого рода совокупно –– как источники по теме «нехватка продовольствия в Первый переходный период» – и считать, что в жизнеописаниях того времени они появились по одним и тем же причинам. Сами эти причины, однако, стали предметом затяжной дискуссии.
После основополагающего исследования Ж. Вандье «Голод в древнем Египте» [Vandier,1936] казалось несомненным, что в Первый переходный период страна пережила череду ущербных нильских половодий и гибельных неурожаев, усугублявшихся сломом сложившихся в Старом царстве механизмов централизованного распределения продовольствия2. С 1970-х гг. это бедствие стали связывать также с переменой климата и аридизацией, охватившими Ближний Восток на рубеже III-II тысячелетий до н.э.3 Для египтян же, широко делившихся продовольствием в столь голодные времена, было бы вполне естественно затем похваляться этим в кладбищенских жизнеописаниях.
Однако четверть века назад Х.-К Морено Гарсия предложил радикально иное объяснение упоминаний о нехватке продовольствия в Первый переходный период. По его мнению, голодные годы были в ту пору не чаще и не страшнее, чем в другие эпохи египетской истории. Появление же данной темы в жизнеописаниях объясняется специфическими идеологическими потребностями смутного времени, прежде всего поиском новых способов легитимации местных правителей после гибели централизованной монархии Старого царства4. Государственная доктрина последней представляла возглавляемый божественным фараоном Египет царством порядка и благополучия посреди хаоса и бедствий, царящих на остальной земной суше. Но когда священная монархия рухнула, теперь уже местным правителям, номархам и т.п., пришлось утверждать, что их город или область наслаждаются процветанием посреди хаоса и бедствий, будто бы охвативших остальную страну. Для подчеркивания этого контраста местные правители стали указывать в своих жизнеописаниях на периодическую нехватку продовольствия в стране. По мнению Морено Гарсии, в надписях Первого переходного периода тема голода и продовольственной помощи стала "литературным топосом с идеологическим предназначением», предназначавшимся для «прославления деятельности местных правителей ради легитимации их власти»5. Данная гипотеза получила широкое признание6.
В предлагаемой статье, однако, будет показано, что для ряда упоминаний о массовых раздачах продовольствия объяснения Х.К. Морено-Гарсии явно не годятся, и причина их появления в кладбищенских жизнеописаниях существенно иная.
Как цитировать
Демидчик А. Е. «Я давал зерно моему городу»: упоминания о раздачах продовольствия в VI верхнеегипетском номе в Первый переходный период // Восток (Oriens). 2022. № 4. С. 18–28. DOI: 10.31857/S086919080018363-6.
How to cite
Arkadiy Demidchik “I gave grain to my city”: on the issue of food donations in the VIth Upper Egyptian nome in the First Intermediate Period // Vostok (Oriens). 2022. No. 4. Pp. 18–28. DOI: 10.31857/S086919080018363-6.
Список литературы
Кладбищенские надписи из VI верхнеегипетского нома, столицей которого был г. Дендера[^7], «отражают интересующий нас период последовательнее и полнее, чем источники из любой другой верхнеегипетской области за исключением Тинитского (т.е. VIII верхнегипетского, − А. Д.) нома» [Fischer 1968, p. VII; Musacchio 2006, p. 70]. Но даже в этом корпусе надписей упоминания о массовых раздачах продовольствия немногочисленны:
[^7]: Так принято по-русски передавать греческое этого название города; египетское – iwnt.
На левом косяке выполненной в форме ложной двери стелы «царева казначея и друга единственного» Нефериу (nfr-iw) сообщается, что он «выручал (даже) великих в голодный год» и был хвалим «всем городом»[^8].
[^8]: iw smn(=i) aAw r rnpt nt xtm rxs**.** Стела нью-йоркского Музея Метрополитен № 12.183.8: [Fischer 1968, p. 206-209, pl. XXV]; online: >>>>
В надписи на архитраве «(царева) друга единственного» Хорнахта (Hrw-nxt(i)) не говорится прямо о голоде в Дендере, но при этом сказано: «Я давал зерно[^9] всей Дендере[^10] в (мой) 56-й год[^11] и 400 мешков зерна каждый год для вспомоществования (?)[^12], когда была вражда с Великой землей[^13]. Я приобрел (столько-то) судов-m[XA], и каждое судно-mXA было с 46 веслами. Я приобрел 12 больших лодок и 8 малых лодок. Я давал хлеб пришедшему голодным и пиво – пришедшему жаждущим, давал сандалии пришедшему босым и воду – пришедшему разгоряченным[^14]. Я давал ячмень[^15] просившему ячмень, давал [одежды] просившему одежды, давал металл просившему металл. Я давал пряжу, давал лён, и ни разу я не забирал это у них» [Abdalla, 1993, p. 249–253, pl. XXIV: 1; Franke, 2006[2], S. 167–172, Tf. 4; Musacchio, 2006]. Естественно думать, что массовые зерновые выдачи из хозяйства Хорнахта всей Дендере были вызваны нехваткой продовольствия в городе. По наблюдению Л. Моренца, в то время как в расхожих «формулах милостыни» говорится про «хлеб (t)», в сообщения про всеобщую нехватку продовольствия чаще упоминаются выдачи зерна – ячменя, эммера, и т.д. Хорнахт говорит про выдачи зерна.
[^9]: Дословно «ячмень и эммер»
[^10]: Дословно «Дендере целиком и полностью»
[^11]: Ср. [Borghouts, 2010, p. 95, no. 21.c.2, p. 98 no. 21.d.4]. Египтяне любили похваляться своим активным долголетием, напр., см. надписи1:8 и 3042:9–11 в Вади Хаммамат.
[^12]: См. [Franke, 2006[2], S. 168, Anm. 42].
[^13]: Т.е. с VIII верхнеегипетским номом.
[^14]: tAw? В данном случае. возможно, «перегревшимся»? Детерминатив «шагающие ноги» после этого слова относится к словосочетанию ii tAw в целом.
[^15]: Здесь и далее всякий раз говорится о так называемом «верхнеегипетском» или «узком» ячмене, о чём см. [Müller-Wollermann, 1987].
С учетом правдоподобных восстановлений, предложенных В. Шенкелем и Л. Моренцем, надпись на фризе мастабы Шенсечи (Sn-sTi)[^16] можно прочитать так: «Я создал [пропитание] для 100+[…] голов взрослых и детей, [когда не было пропитания] во всей Дендере. Я снабдил Дендеру этим, я давал как любимому, так и ненавидимому (даже) в год низкого наводнения. Я приобрел корабль-(m)n в 26 локтей и корабль-mXA в 26 локтей […]. Я приобрел 150 человек, 42 быка и […] овец […] Я давал хлеб голодному, одежду нагому» [Petrie, 1900, pl. XI B; Schenkel, 1965, S. 150-151, §140; Morenz, 2010, S. 572]. Подобно Хорнахту, Шенсечи количественно обозначает объем такой своей помощи городу: «400 мешков зерна» у Хорнахта и сто с лишним «голов» нахлебников у Шенсечи. Оба дендерца похваляются приобретением судов, вероятно, необходимых для доставки в город продовольствия извне.
[^16]: Л. Моренц читает это имя как Sn-sTnw, [Morenz, 1998, S. 83, Anm. 9; 2010, S. 563, 568, 572].
Имя владельца стелы, два фрагмента которой хранятся в Музее Университета Манчестера (№ 2897+2869), не сохранилось, а сами фрагменты опубликованы лишь в виде беглой зарисовки [Petrie, 1900, p. 51, no. 54, pl. XIII]. Переводы Ф. Л. Гриффиса, Ю. Я. Перепелкина, В. Шенкеля и О. Д. Берлева поэтому основаны на ряде допущений[^17], приняв которые, можно прочесть: «Я приобрел людей. Я приобрел пашню 5 десятин. Я приобрел ослов 20. Я (приобрел (?)) коз 200. Я приобрел медь… Я приобрел одежды. Я давал зерно (?) моему городу. Я творил собственной мышцей». Сходным образом, похвальба приобретёнными богатствами соседствует с упоминаниями о массовых продовольственных раздачах в надписях Шенсечи (см. выше), на стеле Краковского национального музея MNK-XI-999, на фрагменте стелы Музея Университета Манчестера 5052[^18], и т.д.
[^17]: [Перепелкин, 1960, с. 3, прим. 23; Schenkel S. 153, § 152; Берлев, 1978, с. 40, № 7].
[^18]: Об этих двух надписях теперь см. [Демидчик, 2019[2]; Demidchik, 2022].
Вместе с тем необходимо отметить, что хоть на архитраве «домоправителя» Неджесуи (Sn-nDsw=i) сказано про «тягостные года голода (rnpwt ksnt nt snb-ib)», в его надписях нет упоминаний о массовых продовольственных раздачах. В качестве важного городского чиновника (см. ниже, прим.) Неджесуи, вероятно, похваляется сооружением необходимых для предотвращения недородов ирригационных сооружений (Dn(i)n=i)[^19]. На хранящемся в Эдинбурге обломке стелы Сенени (snni), хоть и говорится о выдаче рационов, но речь идет всего лишь о его должностной обязанности как начальника хозяйства-Hwt – о бесперебойной выдаче положенного пищевого довольствия его работникам-Hwtyw. И более того, слова «я давал ячмень», в действительности, просто домыслены Г. Дж. Фишером для утраченной части стелы [Fischer, 1968, 195, 209-213, pl. XXVI]. Для нашего исследования этот памятник, стало быть, малозначим. Стела Египетского музея в Каире за входящим номером 88876, также иногда упоминаемая в связи с нехваткой продовольствия, по всей вероятности, является подделкой, и, в любом случае, её происхождение из Дендерского нома недоказуемо [Fischer, 1973; 1987, p. 94–95, 104, fig.1; Musacchio, 2006, p. 77, n. 27; 2008, p. 56].
[^19]: [Petrie, 1900, pl. X; Fischer, 1968, fig.31]. В прорисовке Г.Дж. Фишера по ошибке пропущено t в написании притяжательного прилагательного nt.
Таким образом, в дальнейшем мы должны специально рассматривать только надписи Нефериу, Хорнахта, Сенсечи и, вероятно, манчестерские фрагменты №2897+2869.
РАСХОЖДЕНИЯ С ГИПОТЕЗОЙ «ЛЕГИТИМАЦИИ МЕСТНЫХ ПРАВИТЕЛЕЙ»
Вопреки утверждениям Х.К. Морено Гарсии, рассматриваемые тесты вовсе не имели целью противопоставить процветание Дендеры якобы «царящему вокруг хаосу» и тем самым восславить «деятельность местных правителей ради легитимации их власти»[^20].
[^20]: См. выше, прим. 5.
Ситуацию за пределами Дендеры и её нома наши надписи никак не затрагивают – их владельцам просто нет до этого дела. А похвальбы Хорнахта и Шенсечи приобретением судов даже дают повод думать, что зерно для раздач завозилось в город откуда-то извне, и в каких-то соседних областях положение с продовольствием было лучше.
Вместе с тем, хоть владельцы надписей напоминают о своих щедрых продовольственных раздачах, нигде не сказано, что Дендере уже настала полная сытость. Поясняя смысл рассматриваемых текстов, Морено Гарсия то и дело употребляет слова “prospére”, “prospérité” и т.п. [Moreno Garcia 1997, p. 67–68; 2015, p. 6], но в рассматриваемых текстах нет их египетских соответствий. Кроме того, Нефериу, Хорнахт и Сенсечи вовсе не были «местными правителями»[^21].
[^21]: На манчестерских фрагментах, похоже, названы некая должность, начинавшаяся словом imy-r «начальник», и ранг знатности smr [waty] «(царев) друг единственный»; судить о высоте должностного положения владельца фрагментов по этим данным невозможно.
Вопрос о титулах Сенсечи сложен. Г. Дж. Фишер счел, что в его надписях, опубликованных У. М. Ф. Питри в 1900 г., титулы отсутствуют, но приписал ему хранящуюся в Музее Университета Пенсильвании дверную перемычку с титулом «царев казначей (xnmti bity)» [Fischer, 1968, p. 178, pl. XVIII b]. Кроме того, Питри и Фишер допускали возможность тождества нашего Шенсечи с одноименным «царевым казначеем, начальником врат (xtmty-bity imy-rA rwt Sn-sTi)»[^22]. Тем не менее, стела последнего в монографиях Г. Дж. Фишера и В. Шенкеля рассмотрена отдельно [Fischer, 1968, p. 168, 169; Schenkel, 1965, S. 327, § 123]. Странным образом, эти авторы не учли однозначное указание Ф. Л. Гриффиса на принадлежность нашему Шенсечи обломка надписи со словами «жрец-чтец, военачальник, почтенный Шенсечи (Xry-Hb(t) imy-rA mSa imAxw Sn-sTi)» [Petrie 1900: 51, Pl. XXV B; Перепелкин, 1960. С. 163, прим. 18, 19] [^23]. С учетом этого фрагмента вероятные титулы Шенсечи – «царский казначей, жрец-чтец, военачальник»[^24]. Но должности «жрец-чтец» и «военачальник» определенно не были в Дендере наивысшими[^25].
[^22]: См. [Petrie, 1900, p. 68, Beba-sher, 73, Shensecha P; Fisher, 1968; p. 169, 177, 231].
[^23]: В [Schenkel, 1965, S. 155, § 157] данный фрагмент почему-то причислен к гробнице так называемого «Шенсечи «Т», а в [Musacchio, 2010, p.11] не учтен.
[^24]: Возможность наличия у одного и того же лица должности «военачальника» и рангового титула «царев казначей» в Дендере подтверждается титулатурами трех сыновей «домоправителя» Сеннеджесуи (sn-nDsw=i), ср. [Fischer, 1968, p. 164].
[^25]: Похвальба воинскими должностями в Дендере редка [см. [Fischer, 1968, p. 132; Musacchio, 2006, p. 81-85; Silverman, 2008]], и даже «военачальник» Нуи (imy-rA mSa nwi) свел свое жизнеописание к рассказу о приобретении им богатств [Musacchio, 2010].
Нефериу и Хорнах сколько-нибудь важных должностей не занимали. В их надписях имеются только ранговые титулы, а предполагать, что названия должностей на памятниках просто не уцелели, мы не можем, особенно в случае с Нефериу. В Дендере того времени было принято называть на ложной двери все важнейшие титулы её владельца, но на полностью сохранившейся ложной двери Нефериу должностных титулов нет.
Ранговые титулы Нефериу – «царев казначей и друг единственный (xtmty bity smr waty)»; Сеншечи, вероятно, обладал первым из них, на архитраве Хорнахта выписан второй. Доступные в Старом царстве лишь высокопоставленным чиновникам, в Первый переходный период эти звания сильно обесценились. Как проследил В. Граджетцки, «уже в конце Старого царства очевидно, что эти титулы становятся более доступными при их своего рода инфляции… Данная тенденция вполне продолжается и в Первый переходный период, когда складывается впечатление, что эти высокие титулы есть почти у каждого» [Grajetzki, 2020, p. 158; 2001][^26]. По словам Т. Мусаккио, на дендерском кладбище ранговый титул «(царева) друга единственного» «на протяжении всего Первого переходного периода был почти всеобщим» [Musacchio, 2010, p. 8]. Таким образом, нет никаких оснований считать, что Нефериу, Хонахт и Сеншечи принадлежали к верхушке дендерской администрации[^27].
[^26]: Догадки же В. Граджетцкого о причинах отсутствия титулов на некоторых кладбищенских памятниках Среднего царства [Grajetzki, 2021] здесь неприменимы. Во-первых, они касаются лишь памятников без каких бы то ни было титулов вообще; во-вторых, его выводы не относятся к Первому переходному периоду, когда, по признанию самого Граджетцкого, чиновники старались назвать как можно больше своих титулов [Grajetzki, 2021, p. 234-325].
[^27]: Как отметили Г. Дж. Фишер и Т. Мусаккио, к концу Первого переходного периода и в раннем Среднем царстве в Дендере кладбищенскими памятниками часто владели люди с невысокими титулами, [Fischer, 1968, p. 177; Musacchio, 2006, p. 72–73].
Предназначением древнеегипетских кладбищенских жизнеописаний было обоснование прав их владельцев на кладбищенские памятники и поминальный культ. Не являясь высокопоставленными чиновниками дендерского нома, зачем бы стали Нефериу, Хонахта и Сеншечи посвящать свои жизнеописания прославлению его правителей?
КЛАДБИЩЕНСКИЕ ПАМЯТНИКИ ДАЯТЕЛЕЙ
Невысокий должностной статус интересующих нас лиц находится в явном несоответствии с богатством, даже роскошностью, их кладбищенских памятников.
В сравнении с общепринятыми в это время на юге Египта небольшими и простыми в изготовлении стелами в форме вертикальной или горизонтальной плиты ярко раскрашенная ложная дверь Нефериу в 115.5 см. высотой должна была выглядеть памятником весьма впечатляющим. В Дендере этого времени ложная дверь − роскошь, обычно доступная лишь высшим должностным лицам или их ближайшим родственникам. Такие памятники мне известны только у – Абиху (ab-iHw), «начальника Верхнего Египта» и номарха (Hry-tp aA) сразу трех номов [Fischer, 1968, p. 203−206 pl. XXIV]; начальника жрецов Иду / Вехаи (imy-rA Hmw-nTr idw(=i) / wHAi) [Petrie, 1900, pl. IX B; Fischer, 1968, p. 153–154]; «домоправителя» Сеннеджсуи (imy-rA pr) [Petrie, 1900, pl. IX], приходившегося сыном начальнику жрецов Мерери (imy-rA Hmw-nTr mrri(-iqr)) и, возможно, являвшегося «домоправителем всей Дендеры» [Fischer, 1968, p. 154, 158]; Менанхпепи / Мени (mn-anx-ppi / mni), по-видимому, жившего раньше перечисленных лиц и начавшего карьеру при царском дворе; Менанхпепи / Мени обладал едва ли не самым длинным списком титулов в Дендере того времени, в т.ч. ранговым титулом HAty-a, обычно полагавшийся в Дендере номархам или верховным жрецам [Petrie, 1900, pl. I; Fischer, 1968, p. 85–91, 170–175].
В сравнении с этим наличие ложной двери у Нефериу, не занимавшего значимых должностей, выглядит неожиданным исключением.
Еще поразительнее, однако, то, что все остальные интересующие нас лица – Хорнахт, Шенсечи и владелец манчестерских фрагментов – владели мастабами[^28]. В Дендере Первого переходного периода, когда «множество погребений вовсе не имели наземных сооружений», такие гробницы – исключительная роскошь [Jay, 2010, p. 65; ср. Musacchio, 2010, p. 9, n. 13]. Т. Мусаккьо подчеркивает, что «мастабы в Дендере были малочисленны и служили знаком богатства и элитарного статуса» [Musacchio, 2006, p. 74]. Между тем, как с изумлением отметил Г. Дж. Фишер, Шенсечи возвел себе гробницу, мало уступающую размером мастабе самого начальника жрецов Вехаи [Fischer, 1968, p. 179].
[^28]: О мастабе Хорнахта см. [Musacchio 2006, p.74-75; ср. Fischer, 1964, p. 8-9; 1994, p. 182]. Манчестерские фрагменты были найдены в мастабе № 326 [Petrie, 1900, pl. XIII, XXVII, XXXIV].
ОПРАВДАНИЕ «НЕПОДОБАЮЩЕГО» БОГАТСТВА РАССКАЗАМИ О ПРОДУКТОВЫХ РАЗДАЧАХ
Отмеченное несоответствие невысокого должностного статуса богатству кладбищенских памятников, вероятно, и объяснит нам, почему именно эти египтяне похвалялись в Дендерском номе массовыми раздачами продовольствия.
Как известно, в докапиталистических обществах с давними традициями широкомасштабного бюрократического регулирования нередко существуют устойчивые представления о нормах достатка и престижного потребления, приличествующих разным слоям населения. При этом в большинстве случаев считалось, что более всех заслуживают благосостояния и почестей (во многом тождественных престижному потреблению) государственные служащие сообразно высоте их должностей. Попытки же «завышенного» престижного потребления, не соответствовавшего «ранговым приличиям», обществом обычно порицались, а то и наказывались.
В полутысячелетнюю эпоху Старого царства впечатляющими кладбищенскими памятниками, как правило, обладали только высокопоставленные должные лица с их ближайшими родственниками. И хоть в Первый переходный период пути к богатству открылись также для лиц без высоких чинов, кладбищенские памятники последних могли по старинке многим казаться неподобающе дорогостоящими и вызывать раздражение. Тем более что обретение этими людьми богатств происходило на фоне или даже было следствием обнищания их соседей (ср. [Moreno Garcia, 2016, p. 497-499]).
При тщательном прочтении интересующих нас надписей из дендерского нома складывается впечатление, что их главным предназначением было обосновать право их «низкоранговых» владельцев на дорогостоящие кладбищенские памятники. Подчеркивается, что богатство было приобретено безупречно честными способами, а затем щедро расходовалось на благо всех горожан. Нефериу и владелец манчестерских фрагментов заверяют, что «творили рукой собственной (irn=i m xpS=i)». Шенсечи по меньшей мере дважды рассказывает о щедрых выплатах мастерам, возводившим его мастабу [Petrie, 1900, p. XI A, XI B; Schenkel, 1965, S. 150–151, § 139–140]. А «формула милостыни» встречается в его надписях трижды [Franke, 2006[2], S. 180, Anm. 15]. Пространное описание щедрости Хорнахта является едва ли не самым детальным среди кладбищенских надписей Первого переходного периода.
Упоминания о продовольственных раздачах были очень выгодны для оправдания не по чину дорогих памятников сразу по двум причинам. Во-первых, речь идет о спасении самих жизней голодающих земляков – а что может быть важнее? Во-вторых, сам факт столь бедственной нехватки продовольствия, что пришлось «выручать (даже) великих», означает, что администрация нома со своими обязанностями в ту пору катастрофически не справилась. Но, если спасителями дендерцев оказались зажиточные люди без высоких должностей, разве не должно это означать, что они достойны памятников не менее роскошных, чем не справившиеся тогда чиновники?
## Список литературы
Берлев О.Д. Общественные отношения в Египте эпохи Среднего царства. М.: Наука, 1978.
Демидчик А.Е. О каменном строительстве в древнеегипетских храмах при ранней XI династии). Вестник древней истории. 2019. Т. 79. С. 549–568.
Демидчик А.Е. Строки 10–11 краковской стелы начальника забойщиков скота Мерера. Aegyptiaca Rossica. Вып. 7. Под ред. М.А. Чегодаева, Н.В. Лаврентьевой. М.: Русский фонд содействия образованию и науке, 2019. С. 132–145.
Демидчик А.Е. Древнеегипетская стела Музея Метрополитен № 12.183.8: историко-культурный комментарий. Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология. 2020. Т. 19/1. С. 9–17.
Перепелкин Ю.Я. О деньгах в древнейшем Египте. Древний Египет. Под ред. В.В. Струве. М.: Наука, 1960. С. 162−171.
Прусаков Д.В. Природа и человек в древнем Египте. М.: Московский лицей, 1999.
Abdalla A. Two Monuments of Eleventh Dynasty Date from Dendera in the Cairo Museum. Journal of Egyptian Archaeology. Vol. 79. 1993. Pp. 248–254. Pl. XXIV: 1.
Bárta M. Analyzing Сollapse: the Rise and Fall of the Old Kingdom. Cairo – New York: American University in Cairo Press, 2019.
Bell B. The Dark Ages in the Ancient History I. The First Dark Age in Egypt. American Journal of Archaeology. 1971. Vol. 75. Pp. 1–26.
Borchardt L. Denkmäler des Alten Reiches (ausser den Statuen) im Museum von Kairo. Nr. 1295–1808. Tl. II. Le Caire: Organisme Général des Imprimeries Gouvernementales, 1964.
Borghouts J.F. Egyptian: An Introduction to the Writing and Language of the Middle Kingdom. Vol. I. Leiden – Leuven: Nederlands Instituut voor het Nabije Oosten; Peeters, 2010.
Contardi F. Disasters Connected with the Rhythm of the Nile in the Textual Sources. Egyptian Curses 2: A Research on Ancient Catastrophes. G. Capriotti Vittozzi (ed.). Rome: CNR Edizioni, 2015. Pp. 11–26.
Coulon L. Famine. UCLA Encyclopedia of Egyptology. E. Frood, W. Wendrich (eds.). Los Angeles, 2008. http://digital2.library.ucla.edu/viewItem.do?ark=21198/zz000s3mnq (accessed: 25.01.2022).
Creasman P.P. A Compendium of Recent Evidence from Egypt and Sudan for Climate Change during the Pharaonic Period. The Gift of the Nile? Ancient Egypt and the Environment. Th. Schneider, Ch.L. Johnson (eds.). Tucson: The Egyptian Expedition, 2020(1). Pp. 15–48.
Creasman P.P. Reconstructing Egypt’s Paleoecology and Paleoclimate: An Assessment of the Opportunities and Pitfalls. The Gift of the Nile? Ancient Egypt and the Environment. Th. Schneider, Ch.L. Johnson (eds.). Tucson: The Egyptian Expedition, 2020(2). Pp. 181–196.
Demidchik A. The Reference to the Leasing of Land on Stela Krakow National Museum MNK-XI-999 from the First Intermediate Period. Zeitschrift für Ägyptische Sprache und Altertumskunde. 2022. Bd. 149. S. 17–22.
Fischer H.G. Inscriptions from the Coptite Nome. Dynasties VI–XI. Roma: Pontificium Institutum Biblicum, 1964.
Fischer H.G. Dendera in the Third Millenium B.C. down to the Theban Domination of Upper Egypt. Locust Valley – New York: J.J. Augustin Publisher, 1968.
Fischer H.G. An Eleventh Dynasty Couple. Zeitschrift für Ägyptische Sprache und Altertumskunde.1973. Bd. 100. S. 16–28. Tf. I.
Fischer H.G. Encore des faux. Chronique d’Égypte. 1987. T. 62. Pp. 90–107.
Franke D. Arme und Geringe im Alten Reich Altägyptens: “Ich gab Speise dem Hungernden, Kleider dem Nackten…”. Zeitschrift für Ägyptische Sprache und Altertumskunde. 2006(1). Bd. 133. S. 104–120.
Franke D. Fürsorge und Patronat in der Ersten Zwischenzeit und im Mittleren Reich. Studien zur altägyptischen Kultur. 2006(2). Bd. 34. S. 159–185. Tf. 4.
Grajetzki W. Der Gebrauch von Rangtiteln in der Provinzialverwaltung der 1. Zwischenzeit und des frühen Mittleren Reichs. Begegnungen: Antike Kulturen in Niltal. C.-B. Arnst, I. Hafemann, A. Lohwasser (eds.). Leipzig: Verlag Helmut Vodtke und Katharina Stegbauer, 2001. S. 161−170.
Grajetzki W. The People of the Cobra Province in Egypt. A Local History. 4500 to 1500 BC. Oxford: Oxbow Books, 2020.
Grajetzki W. The Non-use of Titles in the Early Middle Kingdom. Middle Kingdom Palace Culture and Its Echoes in the Provinces: Regional Perspectives and Realities. A. Jiménez-Serrano, A.J. Morales (eds.). Leiden – Boston: Brill, 2021. Pp. 223–238.
Hassan F.A. Nile Floods and Political Disorder in Early Egypt. Third Millenium BC Climate Change and Old World Collapse. Proceedings of the NATO Advanced Research Workshop on Third Millenium BC Abrupt Climate Change, held at Kemer, Turkey, September 19–24, 1994. H. Nüzhet Dalfes, G. Kukla, H. Weiss (eds.). Berlin – Heidelberg: Springer, 1997. Pp. 1–23.
Jay J.E. Naga-ed-Deir to Thebes to Abydos: The Rise and Spread of the “Couple Standing before Offerings” Pose on FIP and MK Offering Stelae. Journal of the American Research Center in Egypt. 2010. Vol. 46. Pp. 63–80.
Luft U. L'irrigation au Moyen Empire. Les problèmes institutionnels de l'eau en Égypte ancienne et dans l'antiquité méditerranéenne. B. Menu (ed.). Le Caire: L’Institut Français d'Archéologie Orientale, 1994. Pp. 249–260.
Moeller N. The First Intermediate Period. A Time of Famine and Climate Change? Ägypten und Levante 2006. Bd. 15. Pp. 153–167.
Moreno García J.C. Études sur l'administration, le pouvoir et l'idéologie en Égypte, de l'Ancien au Moyen Empire. Liège: C.I.P.L., 1997.
Moreno García J.C. Climatic Change or Sociopolitical Transformation? Reassessing late 3rd millennium BC in Egypt. 2200 BC – Ein Klimasturz als Ursache für den Zerfall der Alten Welt? / 2200 BC – A Climatic Breakdown as a Cause for the Collapse of the Old World? 7. H. Meller, H.W. Arz, R. Jung, R. Risch (eds.). Halle (Saale): Landesmuseum für Vorgeschichte, 2015. Pp. 79–94.
Moreno García J.C. Social Inequality, Private Accumulation of Wealth, and New Ideological Values in Late 3rd millennium BC Egypt. Arm und Reich – Zur Ressourcenverteilung in prähistorischen Gesellschaften / Rich and poor – Competing for Resources in Prehistoric Societies. H. Meller, H.P. Hahn, R. Jung, R. Risch (eds.). Halle (Saale): Landesmuseum für Vorgeschichte, 2016. Pp. 491–512.
Moreno García J.C. Climate, State-Building and Political Change in Egypt during the Early Bronze Age: A Direct Relation? Climate Change and Ancient Societies in Europe and the Near East: Diversity in Collapse and Resilience. P. Erdkamp, J.G. Manning, K. Verboven (eds.). Cham: Palgrave Macmillan, 2021. Pp. 201–213.
Moreno García J.C. Famine et affamés en période de crise: réalités agraires et représentations idéologiques en Égypte entre la fin du IIIe et le début du IIe millénaire. La faim et la famine dans l'Antiquité: aspects sociaux, médicaux et religieux. V. Boudon-Millot, F. Notario (eds.) (in print).
Morenz L.D. Versorgung mit Getreide: Historische Entwicklungen und intertextuelle Bezüge zwischen ausgehendem Alten Reich und Erster Zwischenzeit aus Achmim. Studien zur altägyptischen Kultur. 1998. Bd. 26. S. 81–117.
Morenz L. Die Zeit der Regionen im Spiegel der Gebelein-Region: kulturgeschichtliche Re-Konstruktionen. Leiden: Brill, 2010.
Morris E. Ancient Egyptian Exceptionalism: Fragility, Flexibility and the Art of Not Collapsing. The Evolution of Fragility: Setting the Terms. N. Yoffee (ed.). Cambridge: McDonald Institute for Archaeological Research, 2019. Pp. 61–89.
Müller-Wollermann R. Die sogenannte ober- und unterägyptische Gerste. Varia Aegyptiaca. 1987. Vol. 3. S. 39–41.
Musacchio T. An Epigraphic Reanalysis of Two Stelae from First Intermediate Period Dendera in the Cairo Museum. Antiguo Oriente. 2006. T. 4. Pp. 67–86.
Musacchio T. Texts and Iconography of Autobiographical Stelae Found at Dendera Dating from the First Intermediate Period. Bulletin of the Egyptian Museum. 2008. Vol. 5. Pp. 51–74.
Musacchio T. An Unpublished Stela from Dendera Dating to the Eleventh dynasty. Millions of Jubilees: Studies in Honor of David P. Silverman. Vol. 2. Z. Hawass, J.H. Wegner (eds.). Le Caire: Conseil Suprême des Antiquités, 2010. Pp. 1–12.
Petrie W.M.F. Dendereh: 1898. London: Egypt Exploration Fund, 1900.
Pitkin M. The Distribution and Dating of Egyptian False Doors and Funerary Stelae of the First Intermediate Period: A Preliminary Analysis. Current Research in Egyptology, 2014. M.S. Pinarello, Ju. Yoo, J. Lundock, C. Walsh (eds.). Oxford: Oxbow Books, 2015. Pp. 261–277.
Schenkel W. Memphis, Herakleopolis, Theben: die epigraphischen Zeugnisse der 7.–11. Dynastie Ägyptens. Wiesbaden: Otto Harrassowitz Verlag, 1965.
Schenkel W. Die Bewässerungsrevolution im Alten Ägypten. Mainz: Zabern, [1978].
Schneider T. “What is the Past but a Once Material Existence Now Silenced?”: The First Intermediate Period from an Epistomological Perspective. The Late Third Millennium in the Ancient Near East. Chronology, C14, and Climate Change. F. Höflmayer (ed.). Chicago: University of Chicago, 2017. Pp. 311–322.
Silverman D.P. A Reference to Warfare at Dendereh, Prior to the Unification of Egypt in the Eleventh Dynasty. Egypt and Beyond: Essays Presented to Leonard H. Lesko upon his Retirement from the Wilbour Chair of Egyptology at Brown University June 2005. S.E. Thompson, P. Der Manuelian (eds.). Providence, RI: Brown University, 2008. Pp. 319–331.
Vandier J. La famine dans l'Égypte ancienne. Le Caire: Imprimerie de l'Institut français d'archéologie orientale, 1936.